Я отвернулась голову к стене, чтобы не видеть её жирную тушу. В голове крутились разные мысли: о том, что я попала в очень скверное место, о том, что нужно как можно скорее найти способ сбежать отсюда. Но нестерпимее всего были мысли о моём родном мире. Я сбежала оттуда и попала… По полной программе. Если бы мама с папой узнали, что со мной произошло – они бы этого, наверное, не пережили! Из глаз покатились слёзы.
Сколько я плакала, не знаю, но потом меня накрыл тяжёлый сон без сновидений. Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. Когда же вспомнила, то, против ожидания, ничего не почувствовала. Мною овладело какое-то странное безразличие и покорность судьбе. Уж не подмешала ли Мамаша чего-нибудь в вино? Я с трудом поднялась, сморщившись от боли в нижней части живота, кое-как оделась и вышла за дверь. Спустившись по лестнице, я наткнулась на Мамашу.
– Иди в кухню, поешь, пока можно, – буркнула она. – Завтра выйдешь в общий зал к клиентам.
– Да, матушка, – с трудом выговорила я.
На следующее утро меня вновь разбудила Тара.
– Что?! – простонала я. – Тот рыцарь опять пришёл?
– Нет, – зачастила Тара. – Вчера ты стала женщиной. Поэтому тебе нужно сходить в Храм Шести и показать себя богине.
Раньше мне не доводилось бывать в храмах – мои родители были некрещеными и в Бога не верили, я тоже. Впрочем, мне после вчерашнего уже всё было по фигу; в храм, так в храм.
– И что мы должны там делать? – спросила я.
– Ты разве не знаешь? – удивилась Тара. – Да, я позабыла, ты же молишься Великой Матери, или как там у вас её кличут…
– Неважно! – замотала головой я.
– В общем, ничего особенного делать не надо. Просто встаёшь перед богиней, закрываешь глаза и обращаешься к ней, называешь своё имя. Ну и начинаешь молиться. Только не забудь взять какой-нибудь дар для богов.
Идти пришлось довольно долго – храм находился на другой стороне реки. Это было шестигранное здание с толстыми бурыми стенами, похожее на огромную старую гайку. Один из входов, украшенный богаче других выходил прямо на улицу, два других – в узкие переулки, огибавшие его с обеих сторон. Я направилась было к главному, но Тара остановила меня.
– Это дверь в зал Рэнина, нам к нему не надо. Пошли в обход.
– Зал Рэнина?
– Да. Старый Рэнин, что создал наш мир, отец Треара, который населил этот мир и дед Скандара, что сотворил нас.
Нужный нам вход оказался с противоположной стороны. Я робко взялась за массивное кольцо в форме свернувшейся змеи и с трудом открыла дверь. Внутри царил тихий полумрак – небольшие окна были прорублены высоко под потолком. Напротив входа я разглядела две большие статуи из серого камня, обе высотой примерно в полтора человеческих роста. Одна изображала широкоплечего мускулистого юношу с мечом в руке. Рядом с ним возвышалась статуя красивой женщины в коротком открытом платье. Перед ними стояло несколько человек, все они были бедно и просто, но опрятно одеты.
– Почему они молчат? – шепнула я.
– Боги не любят шума, – ещё тише ответила Тара. – Говори про себя, и они тебя услышат. Взяла что-нибудь с собой?
Я вытащила из-за пазухи прихваченную в кухне лепёшку. Тара кивнула и показала несколько монет на ладони. Затем, ткнув пальцем в сторону женской статуи, сообщила.
– Это Хига, жена Скандара. Она дарует людям удачу и удовольствия! Она покровительствует нам.
Я взглянула на женщину внимательнее, и теперь её лицо показалось мне знакомым. Неожиданно стало стыдно, что я взяла с собой всего лишь лепёшку. Пожалуй, стоило бы захватить чего-нибудь посущественнее. Мы проскользнули через толпу, Я подошла к низенькому столику у ног статуи вслед за Тарой и положила свою лепёшку рядом с её монетками. Тара сделала шаг назад, встала прямо, вытянув руки по швам, и закрыла глаза.
«Значит, так тут молятся?», – подумала я, и последовала её примеру. Не то, чтобы я чего-то ждала, но всё-таки было любопытно – всё же это другой мир, может и случится чего-нибудь.
Закрыла глаза, мысленно обратившись к богине, а когда я их открыла, то увидела, что храмовый зал совершенно пуст – ни Тары, ни остальных богомольцев. Я обернулась к статуям. Статуя Скандара не изменилась, а вот на месте статуи Хиги стояла женщина, в которой я с изумлением узнала цыганку, чьё колдовство забросило меня в этот мир! И даже одежда та же самая!
– Вы! – ахнула я, инстинктивно отпрянув назад. – Что вы со мной сделали?! Я не для того пришла сюда, чтобы ублажать мужчин!
– Да, – цыганка-богиня усмехнулась и пожала плечами. – Вскочить на вершину с разбега ты не смогла. Что ж, ищи другие пути!
Ослепительный свет залил помещение, я зажмурилась, а когда вновь обрела способность видеть, то поняла, что вновь стою в толпе молящихся, рядом с Тарой. Та оглянулась на меня и за рукав потянула к выходу. Уже на улице она спросила.
– Маржи, что с тобой? Неужто богиня вот так сразу снизошла к тебе?
Я заколебалась. Говорить, или нет? Если я скажу всё, как есть, то сразу начнутся расспросы про то, кто я такая на самом деле. Тара не Ральф, может и разболтать.
– Не знаю, – ответила я. – Но я как будто почувствовала чьё-то присутствие…
