– Когда я очнулся, наши уже либо удрали, либо лежали мёртвые. Орки разбрелись по поместью в поисках добычи, а на меня внимания не обратили. Я дополз до дома Колченогого Стеля, и он помог мне спрятаться…
Бронис перевёл дух. Эарин пододвинул к нему свою кружку, и оружейник, выпив её залпом, продолжил.
– Наутро орки собрали жителей деревни перед воротами поместья и объявили, что останутся здесь, дабы держать окрестные земли именем короля Нимаша. Но самое страшное началось потом…
«Что же может быть страшнее битвы и смерти?» – с недоумением подумала я, но промолчала.
– Уже заполдень в деревню приехала верхом какая-то женщина. Не из орков, из людей, но орки перед ней только что на цыпочки не вставали. Приехала она одна, без провожатых, как будто так и надо. Сама одета просто, а конь знатный, сбруя в золоте, седло телячьей кожи. Прошла она по деревне, во все дома заглянула, однакож ни с кем ни словечком не перемолвиласьи отправилась в поместье. Там хозяйничали орки, но она, как будто, совсем их не боялась.
Через какое-то время гляжу я в окно – снова она по улице идёт, да не одна, а с несколькими орками. Те шумят, галдят, клинки обнажили, а ей и дела нет. Подошли они к дому Шимо-кровельщика, женщина кивнула оркам, те вломились туда, да и выволокли среднюю из Шимовых дочек, Франю-худышку. Шимо голову потерял, на орков с кулаками кинулся, так его прямо там до беспамяти отмордовали. Франя в рёв ударилась, а та женщина как посмотрит на неё – девчонка вмиг сомлела, ни дать ни взять лунатик… Женщина махнула рукой, и Франю увели.
Бронис тяжело вздохнул и опустил голову, рассматривая столешницу.
– Я что думаю, – продолжил он после паузы, тревожно понизив голос. – Уж не сама ли Безмолвная к нам снова пожаловала? С чего бы оркам бояться какую-то женщину из людей, которая вдобавок ещё и говорить не может, коли она не колдунья?
Все замолчали. Я почувствовала, как Мэл под столом взяла меня за руку, и её пальцы дрожат. Я успокаивающе накрыла ладонь Мэл своей и, собравшись с духом, спросила.
– Скажите, э-э-э… мастер Бронис, а какая она из себя, это Безмолвная?
Оружейник задумался, ероша бороду.
– Да как сказать… – произнёс он. – Я ведь её вблизи не видел. Лицо обыкновенное, взглянешь – не обернёшься. Волосы бурые… Или нет, тёмно-рыжие. Из-под шапки-то не видать. В общем, ничего такого, о чём можно рассказать.
– А что же случилось с девочкой? – тихо спросил Эарин.
– Не знаю, – Бронис покачал головой. – Может, съели, а может, орочьим богам подарили, кто этих орков разберёт-то? А как ночь настала, я в ноги ударился – и на восток.
Ангаквар принялся расспрашивать оружейника о том, как он добирался сюда, но я при всём желании не разобралась бы в названиях деревень, холмов и озёр, которые они упоминали. Есть после рассказа Брониса уже не хотелось, так что я решила отправиться в свою комнату. Оказалось, что служанки уже успели принести бадью с горячей водой, и Мэл тут же изъявила желание вымыться. Я согласилась посторожить снаружи. Вскоре я увидела, что снизу поднимается Льонги.
– Вот ты где! – воскликнул он, подходя ко мне. – Чего это ты дверь подпираешь?
– Там Мэл, – буркнула я. Из комнаты донёсся плеск воды, и Льонги ухмыльнулся.
– Никак ты её ждёшь? Брось. Пошли ко мне, помоемся вместе, пока вода не остыла! – он недвусмысленно попытался взять меня за руку, выше локтя, обдав перегаром, но я дернулась в сторону. В животе неприятно похолодело.
– Маржи, ну не строй ты из себя недотрогу! – недовольно воскликнул Льонги. – Забыла, откуда к нам пришла?
Испуг сменился яростью, руки сжались в кулаки.
– Попробуй взять! – прошипела я, пытаясь принять нечто похожее на боевую стойку. Льонги, похоже, не ожидавший этого и не настроенный на драку, невольно сделал шаг назад.
– Дура! – бросил он обиженно. Я вздохнула.
– Прости. Но зря ты вспомнил про бордель. Я вовсе не хотела там оказаться, и теперь…
Я не договорила. Теперь, после месячного пребывания в «Золотом пере», у меня, похоже, развилась настоящая паранойя на мужчин. Смогу ли я теперь по доброй воле подпустить к себе хоть одного до конца жизни?
– Пойми, Льонги, ты мне нравишься… Вы все мне нравитесь, и я хочу с вами дружить… – продолжила я после паузы, осеклась, однако всё-таки закончила мысль. – Но не спать.
– Так не бывает! – проворчал Льонги и, насупившись, зашагал к себе.
На следующее утро я проснулась от завывания ветра в щелях и увидела, что небо за окном усыпано облаками, которые к обеду, скорее всего, превратятся в тучи.
– Едем! – объявил Ангаквар после того, как мы покончили с завтраком. – Мы должны добраться до ближайшей деревни до того, как погода испортится окончательно.
– Эй, Маржи! – обратилась ко мне Мэл. – Сегодня очередь папы везти меня. Ты со мной?
Я покачала головой.
– Боюсь, нам там будет тесно.
Мэл удивлённо посмотрела не меня и, ничего не сказав, побежала к фургону Ангаквара.
