– Разумеется, мы проконсультируемся с вами, – заверила его Рэнсом. – Самой же мне в первую очередь надлежит заботиться о пропагандистском эффекте. Информация, гражданин адмирал, тоже представляет собой оружие. Размещать ее и управлять ею надлежит так, что бы это давало максимальную отдачу: вот почему я сочла необходимым прилететь на Барнетт лично. Руководство Комитетом по открытой информации – далеко не единственная обязанность, возложенная на меня Комитетом общественного спасения и Республикой, однако, признаюсь, именно это служение представляется мне самым важным. Поэтому я здесь и рассчитываю на содействие – ваше и ваших людей.
– Разумеется, гражданка секретарь. Заверяю вас, мы с радостью окажем вам и съемочной группе любую помощь. Не сомневаюсь, что имею право сказать это от имени каждого офицера на Барнетте, – пылко заявил Тейсман, заметив про себя, что способствовать съемкам и даже отвечать на дурацкие вопросы куда лучше, чем оказаться перед расстрельным взводом.
– Спасибо, гражданин адмирал. Большое спасибо, – с улыбкой сказала Рэнсом. – Уверяю вас, Комитет по открытой информации сумеет извлечь из нашего пребывания здесь максимально возможную пользу.
– Хорошо, коммандер. Но что это за чертовская срочность?
Красный вице-адмирал дама Мадлен Сорбан не собиралась тратить время на любезности. Ее слова, так же как и тон, ясно давали понять, что у нее полно дел более важных, нежели встречи с настырными капитанами, настаивающими на личном приеме, несмотря на все отговорки дежурного адъютанта. Низкорослая хозяйка кабинета лишь наполовину привстала, чтобы протянуть руку вошедшей гостье, и плюхнулась назад, в кресло за письменным столом, даже не успев закончить фразу. Этому столу, заваленному чипами и папками с распечатками явно недоставало пресловутой флотской аккуратности, а седеющие, цвета красного дерева, волосы Сорбан выглядели так, словно дама адмирал причесывалась исключительно пятерней
Ну что ж, мысленно сказала себе Джессика Дорсет, у дамы Мадлен есть веское оправдание и для всего этого кавардака, и для взвинченного состояния. Командующая силами станции «Клермон», вице-адмирал Сорбан была вынуждена выделить половину своих тяжелых кораблей на формирование Восьмого флота, однако хотя огневая мощь станции существенно уменьшилась, никто и не подумал о соответствующем уменьшении зоны ее ответственности. Этого в сочетании с организационной суетой, вызванной подготовкой передислокации флота Белой Гавани к системе Барнетта, и суматошным движением на местных и транзитных транспортных линиях вполне хватило бы, чтобы вывести из себя и святого. А поскольку дама Мадлен явно не претендовала на канонизацию, не приходилось удивляться тому, что настойчивая просьба Дорсет о немедленной личной встрече вконец выбила ее из колеи
– Прошу прощения, что мне пришлось нарушить ваш график, мэм, – сказала коммандер, проигнорировав жест, предлагавший сесть, и осталась стоять по стойке «вольно». Сорбан в удивлении подняла брови, и Джессика торопливо продолжила: – В силу особых обстоятельств я сочла необходимым явиться с докладом лично к вам.
– Особые обстоятельства? Что за доклад? – спросила Сорбан с меньшим раздражением в тоне.
Дама Мадлен имела репутацию особы вспыльчивой и несдержанной на язык, однако прежде всего ее знали как в высшей степени компетентного флотоводца. Коммандер Дорсет помедлила, набрала воздуху и выпалила:
– Адмирал, мы потеряли Адлер.
Спинка кресла Сорбан неожиданно приняла вертикальное положение, а сама дама Мадлен резко подалась вперед. Ее скуластое лицо лишилось всякого выражения, словно гостья наложила на нее магическое заклятие.
– Как? – хрипло выдохнула она
– Подробности мне неизвестны, – ответила коммандер, покачав головой. – «Песня Ветра» находилась слишком далеко, чтобы вести настоящую тактическую разведку, но основные факты совершенно очевидны. У нас были прорехи в сенсорной сети, мэм, а спланировавшему атаку командиру хевенитов, кто бы он ни был, хватило мужества и смекалки этим воспользоваться.
Дорсет не хотелось этого говорить, но деваться было некуда. В голосе ее звучали ярость и стыд.
– Объясните! – приказала Мадлен уже спокойным, уравновешенным тоном, и Дорсет невольно задумалась: это спокойствие наигранное, либо же реальная угроза заставила адмирала выбросить из головы все постороннее?
– У коммодора Иржин не хватало сенсорных платформ для полного прикрытия системы, она расположила их на наиболее вероятных направлениях подхода противника. Все свои корабли, кроме моего дивизиона эсминцев, охранявшего астероид с рудными копями, она поместила на орбите Самовара, не выслав никаких пикетов.
Сорбан, несмотря на железную выдержку, поежилась, а Дорсет мрачно продолжила:
– Хевениты прошли над эклиптикой, что позволило им обойти платформы коммодора и не попасть в зону досягаемости сенсоров моего корабля. К тому же их корабли двигались по баллистической траектории.
– Корабли
Дорсет кивнула.
