– Ты всегда прав, Бостон, – она сползает с изгороди и поворачивается ко мне лицом. – Всегда правильный. Всегда все знаешь и планируешь наперед. Ты счастлив, Бостон? Нравится такая размеренная жизнь?
– Нравится, – смотрю в ее огромные зеленые глаза. – Меня все устраивает.
– Правда? – прищуривается.
– Твой пятый вопрос. Хочешь, чтобы я на него ответил?
– Нет, мой пятый вопрос будет таким: ты трахнул сегодня Скай? – она склоняет голову набок и подходит ближе, пристально смотря мне в глаза.
– Черт, Кендалл… – отвожу взгляд в сторону.
– О Боже… Ты трахнул ее, – Кендалл истерически смеется, зажимая рот ладонью. – Ты трахнул ее! Понравилось?
– Это шестой.
– Да мне насрать! – кричит она. – Нравится ее трахать, а, Бостон? Что она стонет, когда кончает? Готова поспорить, что твоя правильная девочка молчит или утыкается лицом в подушку. Глотает стоны, да, Бостон? А хотелось бы, чтобы глотала твой член.
– Хватит! – хватаю ее за плечи и встряхиваю. – Замолчи!
– Какой же ты! – отмахивается от моих рук.
– Какой? – ловлю ее под локоть и резко возвращаю к себе.
– Мудак! – орет мне в лицо.
– А Чейз твой не мудак? Так вали к нему! Что ты тут делаешь? Раздвигала бы ноги в его постели за дозу экстази, а не морозила задницу в порту.
Вырвалось.
Соображаю, что сказал, когда пощечина Кендалл разбивается об мое лицо. Я выпускаю ее из хватки и отшатываюсь в сторону.
Она ударила меня. Моя Кендалл. И я это заслужил. Этого даже мало за то, что я ляпнул.
– Хочу, чтобы ты сдох, – кричит она и бьет меня по лицу еще раз.
– Кендалл, стой! – прихожу в себя, когда она пробегает мимо. – Кендалл!
– Пошел на хрен! – замахивается, но я перехватываю ее руку. Ловлю за запястье одну, а потом и вторую.
– Что он тебе дал? Это мой третий вопрос.
Кендалл пытается вырваться, но я держу сильно. Нависаю над ней и дышу прямо в лицо. Если бы не правила нашей игры, она бы ударила меня еще раз и убежала без ответа. Но она всегда соблюдает эти правила, поэтому говорит:
– Ничего серьезного. Я не дура. Просто ради веселья.
– Всегда ради веселья или было что-то больше?
– Не было, – психует она и дергает руками, но я не ослабляю хватку. – Пятый вопрос, Бостон, быстрее. И я уйду отсюда.
– Он правда отлично трахается?
Кендалл замирает. Облизывает губы и смотрит на меня в упор.
– Нет, – сбрасывает с плеч мое пальто и бросает его мне в грудь. – Я всегда представляю тебя.
Она убегает, а я остаюсь стоять один, как дурак.
Святые угодники.
Не знаю, что злит сейчас больше: то, что он трахает ее или то, что это не я. Она бы этого хотела? Получается, что да. А я бы этого хотел? Два года назад – безусловно. А сейчас – я не признаюсь даже самому себе. Я не могу поступить так со Скайлар. Я ведь ее люблю.
Самобичевание прерывает звонок телефона. Теперь звонит Юджин.
– Ты нашел ее? – беспокоится он.
– Да. Кендалл едет домой. Не волнуйтесь.
– Бостон… – вздыхает Юджин. – Я не знаю, что там у вас произошло, но… Пожалуйста, больше так не расстраивай ее. Она ранимая. Ты же знаешь.
Сжимаю телефон до хруста.
Ранимая.
Конечно.
И та еще лгунья.
– Прости, Юджи, – делаю вид, что сожалею. – Я погорячился. Перед Кендалл уже извинился. Теперь прошу прощения у тебя.
– Ты отличный парень, Бостон. Я знаю тебя с детства. И… Люблю, как родного сына. Поэтому… Блин, все мы ошибаемся. Понимаешь, я просто хочу, чтобы моя девочка была счастлива.
– Понимаю. И желаю ей того же.
– Спасибо, что нашел ее.
– Всегда пожалуйста.
Отключаю вызов и хочу кричать, но вместо этого просто сжимаю кулаки.
Куда она, черт возьми, убежала? Куда ее понесло в этот раз? Я должен отправить Кендалл домой, как и пообещал ее родителям. Поэтому срываюсь на бег. Она не могла далеко уйти.
***
Нагоняю Кендалл на трассе. Она машет рукой – пытается поймать такси, и психует, когда никто не останавливается. Торможу свою Шевроле у обочины и опускаю стекло. Кендалл делает вид, что не замечает меня, и идет дальше. Гордая и упрямая. Независимая. И такая невыносимая, что мне хочется усмирить ее пыл самым постыдным способом – перегнуть через колени и отвесить по ее заднице хороший шлепок.
Она не была такой в пятнадцать. Тогда она хотя бы еще умела слушать. Такое чувство, что она не повзрослела – наоборот, стала еще более несносным, разбалованным ребенком.
– Садись в машину, Кендалл, – медленно следую за ней.
Она фыркает и тычет в мою сторону средний палец.
– Очень по-взрослому, Кендалл Фрай, – закатываю глаза. – Прекращай этот цирк и садись в машину.
– Ты еще ногой топни, чтобы звучать более грозно, – шипит и не останавливается, а я все равно еду за ней.
– Сядь в машину. Пожалуйста.
– Все? Грозный Бостон так быстро исчез? А мне только стало весело.
– Рад, что забавляю тебя, но давай ты сядешь в мою машину и потом уже повеселишься. Тут, в теплом салоне, а не на улице в таком коротком платье.
– Волнует, не задувает ли ветер мне в трусики? – продолжает язвить, не сбавляя шаг.
– Кендалл, – сжимаю челюсть.
