Только сейчас понимаю, какую картину она видит перед глазами: почти полночь, я стою в полурасстегнутой рубашке, у меня на руках молодая красивая девица, длинные ноги которой обвивают мой зад, а руки – удерживают мое же лицо. Я откровенно лапаю ее – не Скайлар, а «незнакомую» девицу, и она, та самая девица, целует меня. Девица, о которой я ни разу в жизни не рассказывал Скайлар. Может, только упоминал, но она вряд ли придала значение какому-то имени.
Черт возьми! Да просто не довелось посвятить Скайлар в подробности. Смысл?
Видимо, он был.
Кендалл спрыгивает с моих рук и, не стягивая с лица широкой улыбки, подходит к озлобленной и растерянной Скайлар. Протягивает ей руку и выдает простое:
– Привет, я Кендалл.
Этот день станет лучше, только если я провалюсь прямо в пекло.
Серьезно?
А лучше она ничего не смогла придумать? Скайлар сейчас разорвет нас обоих. Ее руки скрещены под грудью, а холодный взгляд карих глаз с прищуром оценивает каждый дюйм тела Кендалл. Я вижу, как колко он скользит от вьющейся копны волос до самых бесконечно длинных ног Кендалл и обратно. Но Кендалл не смущена.
Хотя, о чем это я. Кажется, за три года я успел забыть, что Кендалл не из тех, кого в принципе можно смутить.
Она стоит напротив Скайлар, превосходит ее в росте на две головы, даже стоящую на ступеньку выше, и, не стирая с лица яркой улыбки, добавляет:
– Я… Давняя подруга Бостона. Кендалл Фрай. Он видел меня в подгузниках.
Я сдавливаю пальцами переносицу.
Тяжело вздыхаю.
Скайлар стало легче? Нет. Напряжение сковало ее настолько, что я могу видеть, как пульсирует венка на ее шее. Скайлар поправляет кружевной ворот шелкового лавандового халата, в который успела переодеться для меня, и переводит взгляд с короткого кожаного платья Кендалл на мое лицо.
Боги… На ней еще и короткое облегающее платье. Я даже не заметил. У меня не было на это времени. Да и это ведь не главное!
– Милая, – наконец-то вмешиваюсь я. – Кендалл – дочь Стенли и Юджина. Ты знакома с ними.
– Оу! Ты знаешь моих родителей? – Кендалл радостно всплескивает ладонями. – Прикольно. А мне Бостон о тебе ничего не говорил.
Я крепко зажмуриваюсь.
Не знаю, о городе я или о себе.
– Странно, что Бостон не успел ничего рассказать своей
Убейте меня. Нет, правда. Можно пулю в висок? И так, чтобы насквозь.
– Так меня и не было здесь все это время, – смеется Кендалл. – Как только подписала контракт с Gucci три года назад, укатила в Европу. Задолбалась, если честно. И дико устала.
Кендалл бросает на пол мешковатую сумку и садится на последнюю ступень лестницы, у ног Скайлар. Ее короткое кожаное платье слегка задирается, но Кендалл не замечает и принимается стягивать с ног высокие свободные сапоги.
– Париж сводит меня с ума, – продолжает болтать Кендалл, не обращая внимания на то, как Скайлар прожигает взглядом ее макушку. Она будто и вовсе не чувствует посылаемые в ее адрес немые проклятия. – И Милан уже достал. Я соскучилась по Бостону-у-у! – хихикает она и подмигивает мне.
И понимай, как хочешь. По мне или городу. Ох уж эта Кендалл.
– И вообще, разве я могла отметить свои восемнадцать хрен пойми где?! – Кендалл откидывает сапоги в сторону и вскакивает на босые ноги.
Я невольно скольжу по ним взглядом и сглатываю, когда Кендалл поправляет платье. Материал касается темной кожи ее бедер, и я с трудом отрываю взгляд от длинных стройных ног.
Боги, ей восемнадцать. Завтра. А точнее – уже через пять минут.
– Так ты поэтому приехала? – спрашивает Скайлар, туже затягивая пояс халата, и я прихожу в себя.
Кендалл встряхивает руками пышные волосы и бросает на Скайлар лукавый взгляд:
– Это одна из причин. Хочу отпраздновать свое совершеннолетие с близкими людьми и закатить крутую пати. Все-таки важное событие, – теперь взгляд Кендалл сосредоточен на мне.
Я чувствую ее игривый вайб, но та загадочность, которая кроется под этим томным взглядом, заставляет сердце пропустить удар.
Нет, глупости. Все было не всерьез.
