— Это аппарат, на который интуитивно ссылался один известный исследователь, специализировавшийся на духовной феноменологии в конце прошлого века. Он предназначен для прослушивания души, способен определять её вибрации и осуществлять различные наблюдения вокруг материи, — с лёгкой улыбкой объяснил Аулюс. — Мы надеемся, что позднее он окажется у людей. Он функционирует на базе электричества и магнетизма, пользуясь излучающими элементами, аналогичными в своей основе гамма-лучам. Он состоит из изучающих очков, снабжённых средствами, позволяющими делать микрофотографии.
И пока мы шли в земной город, где мы должны были начать свою деятельность, ментор продолжил свои объяснения:
— В своём усилии контроля мы без труда можем классифицировать перспективы различных групп в психическом служении, появляющихся в миру. Анализируя
Мы с коллегой не могли сдержать своего удивления.
Находясь между изумлением и удивлением, Хиларио осмелился спросить:
— Значит ли это, что любой из нас может быть подвергнут подобному осмотру?
— Несомненно, — весело сказал наш собеседник. — Мы же все являемся объектами для зондирования с высших планов, точно так же, как и мы теперь начинаем исследования на планах, которые находятся в нашем арьергарде. Если спектроскоп позволяет человеку детально изучать природу химических элементов, находящихся на огромном расстоянии, при помощи световой волны, которую они выделяют из самих себя, мы с ещё большей лёгкостью сможем идентифицировать качества человеческой личности с помощью лучей, которые она выделяет.
Нравственный облик, чувства, образование и характер чётко улавливаются простой инспекцией.
— А если принять за гипотезу, что в образовании сотрудников блага могут возникнуть элементы, привязанные к злу? — с любопытством спросил Хиларио. — Обладая
— Это не обязательно. Если большинство остаётся задействованным в росте блага, меньшинство, заключённое во зле, постепенно отойдёт от группы из-за отсутствия сходства.
— И всё же, что происходит в учреждении, чья возвышенная программа дегенерирует в балансе и ведёт нас к признанию, что добродетель есть ничто иное, как фиктивное знамя, покрывающее невежество и извращение? — снова спросил мой компаньон.
— В этом случае, — терпеливо ответил собеседник, — мы уклоняемся от любого режима преследования или разоблачения. Сама жизнь поставит нас на соответствующее нам место.
И, улыбаясь, добавил:
— Ангелы или Министры Вечной Мудрости уносят нас в полной безопасности к обновительным наковальням времени и испытания. Теперь на Земле знают, что один грамм радия теряет половину своего веса за шестнадцать веков, и что один циклотрон, работая с атомными снарядами, ускоренными на миллионы электровольт, мгновенно осуществляет преобразование химических элементов. Медленная эволюция в тысячелетиях или внезапный шок страдания чередуются в нашей ментальной панораме, улучшая свои качества.
Такие наблюдения ведут нас к размышлению в других областях.
Помощник раскрывал перед нами свою блестящую культуру, связанную с чрезвычайной лёгкостью выражения.
Я готовился задать несколько вопросов вне контекста работы, когда, догадываясь о моём намерении, Аулюс заметил:
— Любой благородный разговор созидателен. Однако давайте оставим пока что наше сознание в той области, в которой нам предстоит работать. Успех не уклоняется от внимания. Если мы сейчас ударимся в размышления о химии, расписание нам этого не простит.
Настраиваясь на нашу цель, Хиларио заметил:
— Уже самими своим существованием
— Да, — сердечно согласился ментор, — будущее хранит чудеса в понимании обычного человека.
Мы достигли ворот просторного здания, на которое Помощник указал нам, словно на алтарь, который нам следовало посетить и служить ему.
— Это духовно-христианский центр, где мы найдём основу для нашего опыта и наших наблюдений.
Мы вошли.
Пройдя через широкое помещение, где находились многочисленные самые несчастные сущности нашего плана, ориентер объяснил:
— Здесь перед нами салон, посвящённый общественному обучению. Но та группа, которую мы ищем, находится в дальнем зале, словно сердце внутри тела.
Через несколько мгновений мы вошли в комнатку, где находилось небольшое количество людей, погружённое в молчаливую ментальную концентрацию.