При себе Главнокомандующий оставил только трёх первых помощников. Штаб уходил с роптанием и непониманием, только учёный испуганно мялся. Строгий взгляд Сварога намертво завязал тому язык. В конце концов, шепчущаяся толпа заняла один из шаттлов, покинув командный галеон.
Тот же приказ от Главнокомандующего минутой позже получил и Бэар. Предводитель телохранителей не стал спорить, заняв несколько шаттлов и вывезя последних Хранителей в начало колонн гражданского флота.
Когда их последний шаттл с членами Сеннаарского братства на борту проскользнул внутрь прохода, Сварог получил доклад о приближении трёхсоттысячного флота противника.
Первая волна бессмысленного противостояния набирала силу.
Кали смотрела в Пустоту, пытаясь хоть что-то заметить в её стерильном и многомерном порядке. Пустота находилась в покое, но её гравитационное поле, напротив, тащило к себе весь близлежащий хлам, очищая слои пространства на многие дали вокруг. Девушка чувствовала эту тягу – она была заманчивой и необычной, ей хотелось поддаться и позволить гравитации захватить себя. В какой-то степени лежащая за притяжением застывшая Пустота казалась Кали покойным местом, тихим кладбищем оборвавшихся мыслей и беспокойств, где нет несуразных, ненужных тревог, раздирающих, болезненных импульсов.
Очаровательная Пустота дразнила своим покоем, и если бы не её не слишком чистый внешний вид, Кали, возможно, поддалась бы немым соблазнам. Девушка продолжала внимательно смотреть, не приближаясь к опасным границам. Увидеть она не могла, ни глазами, ни разумом, но впитанные её сущностью совсем недавно знания как-то странно влияли на её подсознание. Кали просто понимала, что находится именно там, где нужно, хоть пока и не могла рассмотреть искомого. Её сердце ощущало остатки знакомой до боли ауры, пылящейся где-то на границе разлома, ауры последнего близкого ей существа – Антареса.
За ним она пришла интуитивно, необдуманно. Просто пришла, как не осознающий своих действий ребенок. В таком гнетущем состоянии Кали находилась с самого пробуждения после выхода из кристалла и множество отрезвляющих перемещений через миры или струящиеся в её уме невероятные тайны мироздания, открытые лишь для неё одной, не могли растрясти девушку, вывести из коматозного состояния.
Оставив пещеру Валлиэна, Красная Звезда ненадолго посетила пустошь, где ещё совсем недавно находился её маленький отряд. Ступая по выжженной и покорёженной тёмной долине, Кали не надеялась найти там Анубиса, Нитура и Летту. Она верила Валлиэну – тот не лгал, двое из них действительно были мертвы. Следы их энергетической быстрой кончины отчётливо запеклись на поверхности мрачной планеты. Они источали запах боли и мимолётного ужаса, что довелось пережить в мгновение гибели её товарищам. Эта странная, закисшая вонь ещё сильнее ввела девушку в зацикленное состояние. Кали не сразу поняла, что делает – пробыв на пустыре несколько минут, она совершила первое перемещение, ступив на обратный путь, вот только вёл он совсем не в её Вселенную.
Непонятно, на каком перемещении девушка сообразила, что мысли тянут её не в том направлении. Впитанные знания помогали ей притуплять боль, выискивать необходимую для скачков энергию, быстрее путешествовать сквозь миры, сокращать дорогу, находить для неё едва уловимые ориентиры: остатки знакомой энергии, отпечатки ауры. Её подсознание брало след, ведя Звезду туда, куда рвалось её растоптанное горем сердце, – Кали искала друга.
О том, что Антарес не в своей галактике, девушка поняла быстро – слишком запутанными были его последние дороги, а соседство на его пути отпечатков дефективных уродливых тварей давало понять Кали, что путь этот выдался нелёгким. Но то, что её товарищ оказался в беде, Красная Звезда ощутила чуть ли не в первые секунды после отказа от энергии Архонтов. О неладном подсказывало притяжение – власть её вместилища. Большую часть боли, что вызывала сила обратной гравитации во время путешествия, брал на себя Антарес, и его помощь неожиданно прекратилась, оборвалась.
Кали яростно тянуло в свою Солнечную систему, но вопреки всему, притяжение дружбы оказалось сильнее.
Так, миновав в скорых перемещениях не одну мириаду миров, девушка оказалась возле последнего пристанища Владыки галактики – аномального, заполненного пустотой разлома. Антареса Красная Звезда по-прежнему не видела, как не удавалось ей рассмотреть и хоть что-то другое, что находилось внутри разлома. Только запятнанные границы огромной многомерной аномалии косвенно подтверждали его нахождение в нём.
Оцепенение постепенно отпускало Кали. Она начинала соображать здраво и рассудительно, не ожидая от себя возникшего спокойствия в своих мыслях. Такого удивительного умиротворения девушка не знала уже очень давно, словно и не будет в её скором будущем грядущей судьбоносной встречи, и будто не случилось в её недавнем прошлом тех горестных бед и необратимых потерь.
