Энки с отвращением и страхом понимал их мысли. Они ждали своего Владыку, умело изображая преданных псов. Он уже был способен видеть их, в этом Энки не сомневался, ведь и сам ощущал на себе взгляд Тёмного Кочевника, и каждый раб старался отличиться перед ним, заслужить кость помясистее, порадовать повелителя красочным представлением. Все это: битва, уничтожения, всё было ради утехи их Владыки. Энки вдруг осознал это настолько ярко, что ему почудился одобрительный чужой смех. Все они были его развлечением.
Понимали это и Слепни. Они намеренно долго, как в постановочном выступлении, вертелись вокруг наёмника, предоставляя тому право сделать ход первым. Энки хладнокровно не реагировал. Какая-то часть его сознания продолжала ощупывать пространство в поисках Энлиля. Космос был пуст. На мгновение в поле зрения Энки попал Аккад.
Наёмник зло чертыхнулся.
– Дурень безмозглый, – тихо прошептал он.
Не догадаться исследовать объекты системы мог только кретин. Наёмник хотел было заняться планетами и спутниками, но отдалённые импульсы перетянули его внимание. Не сводя бдительного взгляда с вертящихся поблизости Слепней, Энки проследил за эпицентром импульсов. Все они клубились внутри укрепившейся сферы обороны. На миг Энки принял их за быстрое перемещение друга, Энлиль действительно был способен двигаться с подобной скоростью, но, прощупав следы, наёмник не обнаружил в них энергии товарища. Импульсы принадлежали Слепням.
Сначала Энки усомнился в своём открытии: как рабы могли проникнуть через щиты? Обладающих подобными навыками он выловил и убил собственноручно, а среди остальных, даже с учётом возрастающей власти этих существ, подобных ещё не было.
Недоверие к собственным выводам недолго коробило наёмника.
– Энки, ты полный дурень, – уже во второй раз за столь короткий период окрестил себя он.
Всё стало понятным. Слепни не проникали через новоиспечённое силовое поле, они действительно ещё не были способны на преодоление такой энергетической преграды. Их туда доставили, и не кто-нибудь, а сами же республиканцы. Отступавшие корабли не могли заметить скрывшихся на палубах первородных существ, как не мог их заметить и сам Энки. Он-то зализывал собственные раны, убегая от ударов. В итоге около двадцати Слепней вертелись теперь в самом сердце обороны.
Наёмник осторожно подался вперёд, готовясь к скачку внутрь сферы. Требовалось спешить. Вокруг него в разных слоях пространства не покидали своих постов его преследователи. Их численность поредела. Оставшихся было чуть больше пятидесяти, но это были объединённые умы. Энки отчётливо видел тонкие связи, рабы переплетались сознаниями, уступая право на свою жизнь и силу более превосходящим существам. Их цепкие, внимательные глазёнки, казалось, следили за самими мыслями наёмника, едва он пошевелился, как по их спинам пробежала дрожь общей силы. Готовые к рывку, твари ждали.
Энки следовало бы проявить изобретательность, как-то перехитрить своих стражников, но внезапные частые вспышки внутри сферы обороны подстегнули его. Находившиеся внутри щитов корабли загорались как свечки, неестественно слабые водородные взрывы перемалывали их в пыль, поглощая в себя ближайшую авиацию. И малая часть таких вспышек обеспечила крушение линии щитов, во многих местах прорыв оказался настолько глубоким, что напрямую вёл к гражданским судам внутри сферы. Несколько взрывов коснулись и их. Заметив это, Энки необдуманно скользнул в пространство. Его перехватили практически сразу после неудавшегося перемещения. Поймавший его удар был не таким сильным, как предыдущий. Стиснув зубы, наёмник совершил ещё один скачок. На сей раз он достиг цели. Оказавшись внутри постепенно теряющей обороноспособность сферы, Энки дотянулся до не среагировавших на его появление Слепней. Устроенные ими взрывы истощили существ, никто не сопротивлялся, никто даже не заметил его приближения. Сила наёмника коснулась каждого. Убил ли он их или только ранил, этого Энки уже не видел. В него впились сотни острых импульсов, обволакивая, сжимая.
Облегчение пришло ненадолго. Слепни слегка ослабили давку, но лишь затем, чтобы проворнее вцепиться в наёмника. Перемещение. Миг, и Энки погрузился в почву, сминая и плавя выбросом землю не хуже небольшого метеорита. Едва оглядевшись, он заметил груды разбитого Аккада. Уродливая поверхность ещё недавно красивой планеты пыхтела гулким жаром. Десятки Слепней испускали его, кружась в воздухе, исчезая и возрождаясь красочными всплесками энергии. Все их помыслы, каждый удар были обращены вниз. Интуитивно Энки напрягся, ожидая порции и для себя, но слившиеся воедино Слепни, казалось, не заметили появления наёмника.
Всего доля секунды потребовалась, чтобы вглядеться внутрь сдавленного, похожего на энергетический кокон шара.
– Энлиль, – одними губами прошептал наёмник.
Командир был там, совсем рядом, отделённый и такой же недоступный мыслям. Энки не ощущал его, будто друга по-прежнему не существовало вовсе, но это был он.
– Энлиль!!!
