Как и предсказывали критики, на ежегодной церемонии наград наш фильм собрал больше всех статуэток. Саму церемонию потом еще долго обсуждали, она традиционно была полна скандалами и событиями. Среди них и наш с Дензилом поцелуй со сцены. Я сам от себя подобного не ожидал, тем более после шоу Кларка, которое прошло на удивление нормально, учитывая перенесенные из-за приезда пожарных съемки и «фирменные» вопросы ведущего, который с энтузиазмом и настойчивостью миссис Эштон пытался выпытать у нас с Дензилом подробности интимной жизни.
Я даже вытерпел конкурс мокрых футболок, для которого мы переоделись… в белые футболки. Добровольцы из зала, разделившись на команды, поливали нас водой из коктейльных соломинок. Побеждал тот, чья майка быстрее намокнет. Заняв первое место, Дензил присоединился к моей команде, и поэтому Джеку досталось только третье место. Это было нечестно, зато весело. После этого эпатировать публику стало для нас с Дензилом чем-то вроде веселой игры.
Когда через пару часов съемки рекламы закончились, я с облегченным вдохом вышел на улицу, подставляя лицо свежему ветру. На стоянке на капоте моего старенького синего форда по королевски восседал Дензил, поджав под себя длинные ноги и защищаясь от солнца зеркальными очками с темно-зелеными линзами. Усталости как не бывало. Сердце в груди радостно встрепетнулось, и я ускорил шаг, во мне будто открылось второе дыхание.
При виде меня Дензил заулыбался и привычно потянулся к моим губам, но вместо поцелуя я выхватил у него полупустую бутылку безалкогольного пива и, запрокинув голову, с наслаждением сделал глоток.
— Эй, это мое пиво! — возмутился Дензил.
— А это моя машина, — нагло ответил я, снова прикладывая стеклянное горлышко к губам.
Дензил дернул меня за рубашку, и вместо горла содержимое бутылки попало мне на грудь.
— Упс, какая неловкость, — с сожалением сказал он. — Я так и знал, что это случится.
Я с притворной злостью сузил глаза.
— Конечно, ты знал. Потому что сам же меня и облил.
Дензил спустил очки на кончик носа и подмигнул.
— Не дуйся. У меня в машине есть еще, — он махнул рукой себе за спину, и я действительно разглядел в противоположном ряду черную феррари.
— Вот как. Тогда…
Я поднял руку над его головой и, глядя прямо в глаза, перевернул бутылку, еще где-то на треть заполненную жидкостью.
— Ты!.. — неверяще выдохнул Лонг, светлокоричневые струйки сбегали по его вытянувшемуся лицу, шее и впитывались в белую футболку, портя ее безупречный вид.
— Я? — подсказал я, невозмутимо ставя пустую бутылку на капот.
Дензил надул губы точь-в-точь как обиженный ребенок.
— Ты злодей.
— А ты бессовестный провокатор.
Не сдержавшись, я растянул губы в счастливой улыбке и, упираясь ладонью в нагретый солнцем капот, наклонился, собираясь его поцеловать. В этот же самый момент Лонг резко привстал мне навстречу, наверное, намереваясь сделать то же самое, и мы оба стукнулись зубами, как два неопытных девственника. Расхохотавшись, я попытался выпрямиться, но чужие руки цепко вцепились в мои бедра, не позволяя отстраниться.
— У тебя есть пять минут, — пробормотал Дензил, прижимая меня к себе и влажно целуя в шею.
— А потом что? — с любопытством спросил я, потирая большим пальцем твердеющий сосок.
Моя вторая рука тем временем опустилась между нашими телами и уверенно сжала чужую плоть сквозь жесткую ткань джинсов, царапая ногтями металлическую дорожку молнии. Дыхание Дензила участилось.
— А потом нас ждут в тату-салоне для парной татуировки, ты же обещал, — произнес он с заметным трудом, расставляя ноги шире, чтобы мне было удобнее его касаться.
— Конечно, — улыбнувшись, я с удовольствием провел ладонью снизу-вверх по его груди, ощущая упругие мышцы и немного выступающие ребра. Погладил бедро и медленно завел руку Дензилу за спину, почти ложась на него. — Тогда мы не можем рисковать опоздать, — быстро поцеловав его в губы, я отошел и демонстративно покрутил на пальце брелок с ключом. — Я поведу.
— Из-за тебя я превращаюсь в тряпку, — хрипло пробурчал Дензил, спрыгивая на землю.
Но меня уже было не так легко обмануть: помимо разочарования и неудовлетворенного желания, в глубине его глаз горел азарт. И я не сомневался, что он уже придумал способ мне отомстить. Поэтому, садясь в феррари на место водителя, я был готов поспорить на что угодно, что мы никак не успеем приехать в салон вовремя.
* * *
— Стерва, — зло выругался Марк, испепеляя взглядом замолчавший телефон.
Ему было плевать, слышал водитель или нет. Он уже давно привык к постоянному присутствию в своей жизни чужих людей, каждый из которых четко выполнял свою функцию. А с мнением инструмента не принято считаться. И если находился тот, кто не разделял подобных взглядов, то его было легко заменить на кого-то более профессионального. Потому что незаменимых людей нет. В том мире, в котором вращался Марк, надо было очень постараться, чтобы заслужить право на ошибку.
