Подойдя к двери, я не стал смотреть в глазок, уверенный, что ко мне пожаловала пожилая соседка. В ее духе было заявиться в любое время дня и ночи в поисках своего кота, которого она каждый день, вне зависимости от погоды, выпускала погулять.
— Миссис Эштон, Тома у меня нет, — скороговоркой выдохнул я, распахивая дверь.
И пораженно замер, уставившись на Дензила. Он выглядел также, как при последней нашей встрече, разве что рубашка немного помялась. Да и сам Лонг смотрелся каким-то усталым, на что указывали немного растрепавшиеся волосы, легкие тени под глазами и опущенные уголки губ, обычно искривленных в так бесящей меня насмешливой полуулыбке.
— И слава богу, — вместо приветствия, коротко бросил он и, воспользовавшись моим ступором, проскользнул за порог, оттеснив меня в сторону.
— Эй! — воскликнул я, опомнившись. — Я тебя не приглашал!
Быстро обойдя его внушительную фигуру, я встал у него на пути и слегка толкнул в грудь, подталкивая в направлении оставленной открытой двери. К моему удивлению, Лонг покачнулся и, вцепившись мне в плечи, поморщился.
— Это правило действует только на вампиров. Людям же не требуется приглашение. Не мог бы ты говорить потише?
Меня вдруг осенило.
— Ты пьян? — я снял его руки со своих плеч. И сделал шаг назад.
Дензил громко и размашисто зааплодировал.
— Браво. Теперь, когда мы разобрались в моем состоянии, с твоей стороны было бы вежливо предложить мне выпить. Кофе тоже подойдет.
— Нет, ни в чем мы не разобрались, — упрямо сказал я, складывая руки на груди. — Сначала ты выставил меня клоуном, потом заявляешься без приглашения и требуешь кофе. Но мой ответ — нет. Сейчас я вызываю тебе такси, и ты едешь домой. А вот завтра я с удовольствием выслушаю твои объяснения вместе с извинениями. Последовательность не важна.
— Кто такой Том? — поинтересовался Дензил, проигнорировав мою речь.
— Это тебя не касается, — проворчал я, закрывая дверь. И выставил в его сторону палец: — Не смей менять тему. И стой здесь. Я вызову такси.
Я вернулся на кухню и взял раннее оставленный на столешнице телефон.
— Почему мы не можем просто выпить… оу, вина и поговорить? — раздался за спиной низкий голос. Лонг как всегда поступал так, как хотел. — Потом лечь спать и завтра снова поговорить, если ты все еще захочешь. И послезавтра. Я вообще очень общительный, если ты не заметил.
— Почему бы тебе не выпить и не переночевать у себя? — спросил я, поворачиваясь к нему лицом.
Без спроса взяв мой бокал, он пригубил вино, не отводя от меня глаз. Было непривычно видеть его у себя в квартире. И самую малость волнительно ощущать на расстоянии трех шагов. Если бы не тревожащая аура, окутывающая его с ног до головы, то я бы, возможно, смягчился и сделал ему кофе перед тем, как выдворить вон. Но нет, попасть в одну и ту же ловушку дважды — это глупо и наивно даже для меня.
— Почему бы тебе не признать, что я тебе нравлюсь? — в тон мне ответил Дензил, с нескрываемым интересом скользя взглядом, от которого по коже разбегались мурашки, по моей обнаженной груди. Или это все же были капли воды, стекающие с волос?
Внезапно я почувствовал себя неуверенно, но постарался скрыть это за сдержанным и ровным тоном.
— Потому что это не так. И, по-моему, я вполне ясно сказал об этом на интервью.
— Тебе не хватило убедительности. Попробуешь еще раз?
Дензил как-то плотоядно усмехнулся, и я с опозданием осознал, что все же угодил в ловушку. И это произошло в тот момент, когда я впустил его в свой дом.
— Я не буду ничего пробовать, — с легким раздражением сказал я. — До тебя все равно доходит, как до жирафа. Наверное, с матом вышло бы куда доходчивее, но, к моему сожалению, я слишком хорошо воспитан.
Я подошел ко встроенному шкафу, по пути кидая полотенце на спинку стула. Наобум достал первую попавшуюся вещь, которой оказалась белая футболка, натянул, просовывая голову в просторный ворот. Мне было все равно, как это выглядит. Главное — она мне придавала чувство надежности. Правда, ткань прилипла к влажной коже, прорисовывая каждую линию, но переодеваться было бы слишком демонстративно и по-идиотски. Не хотелось выставлять себя слабоумным.
— Мат — это слишком грубо, — миролюбиво заметил Дензил и, покрутив в пальцах пустой бокал, поставил его на стол. — Обычно люди пользуются им при стрессе, — в карих глазах, когда они встретились с моими, отражалось искреннее участие. — Понимаю, ты сегодня много пережил, и у тебя есть все причины сердиться. Поэтому, пожалуй, оставлю тебя одного, чтобы дать время прийти в себя, — с этими словами Лонг целенаправленно двинулся к выходу под моим недоумевающим взглядом. Но, когда я уже было решил, что мне сказочно повезло, замер на полпути и, обернувшись, провел указательным и средним пальцами по шее от линии челюсти до воротника рубашки, ослепительно улыбнулся и добил: — Пока ты остываешь, принеси мне, пожалуйста, полотенце и приготовь что-нибудь легкое на ужин. Я ужасно голоден.
Задохнувшись воздухом, я не успел ничего сказать до того, как дверь в ванную закрылась.
Два-ноль не в мою пользу.
