Уверен, что мне не послышался хруст осколков под его ногами — я действительно чувствовал себя разбитым.
— Что с ним такое? — с любопытством спросила Дейзи, понизив голос.
— В каком смысле? — я сделал вид, что не понимаю, о чем она.
— Мы уже работали вместе, но я еще никогда не видела его таким злым и расстроенным одновременно.
— Понятия не имею, — я лишь пожал плечами. — Может быть, его композиция опустилась в каком-нибудь музыкальном хит-параде…
Дейзи рассмеялась.
— Не думаю, что он стал бы переживать по такому поводу. Ну ладно, еще увидимся. И еще раз спасибо за букет. Сообщи, если вдруг передумаешь насчет него.
Я невесело улыбнулся.
— Это исключено.
* * *
Весь день прошел, как в тумане. Поначалу мне было сложно сосредоточиться, но после нескольких справедливых замечаний от помощника режиссера я собрался и полностью отдался происходящему на площадке. Я бы ни за что себе не простил, если бы из-за личных переживаний подвел коллег по съемочному процессу, в который каждый из них вкладывал множество сил.
Уже вечером, на выходе из здания, я случайно столкнулся с Камиллой, которую пригласили обсудить условия будущего сотрудничества. В белом брючном костюме от Шанель и в золотых босоножках, с рассыпанной по плечам копной блестящих волос и подчеркивающим глаза макияжем, придававшим ее взгляду таинственную глубину, она выглядела сногсшибательно. И искренне обрадовалась нашей встрече, вот только сквозь всю ее безупречность и уверенность проглядывала грусть.
Я не стал отказываться, когда она предложила меня подвезти, видя в этом хорошую возможность ненавязчиво выяснить у нее о Джеке, к которому, как я подозревал, она до сих пор не была равнодушна. Но Камилла ловко избегала неудобных вопросов, все активнее расспрашивая меня о съемках.
В конечном итоге я сдался и позволил увлечь себя ничего не значащей беседой, одновременно наблюдая, как мимо проплывают широкие и по-прежнему многолюдные улицы. Прохожие спешили во всех направлениях, лавируя между препятствиями, как рыбы в воде, складываясь перед светофорами или пешеходными переходами в одно целое и вновь распадаясь на разноцветные частички на другой стороне тротуара.
— А эта девочка, Мия, кажется, что ты о ней думаешь? — внезапно спросила Камилла, когда мы остановились перед очередным светофором в ожидании, пока красный сменится на зеленый.
— Она, так же как и я, новичок, но старается изо всех сил. В целом, на мой взгляд, она хороша и как актриса, и как человек. А что?
Камилла задумчиво прикусила пухлую нижнюю губу и вдруг решительно тряхнула головой, будто пытаясь отогнать неприятные мысли.
— Да нет, ничего. Мы уже почти на месте. Ты уверен, что у тебя правильный адрес? Это офисный район, я никогда раньше не слышала, чтобы где-то здесь проводились прослушивания. Хотя, почему бы и нет.
— Хм, адрес точно правильный. Но мне что-то тоже не по себе, — рассмеялся я, испытывая непонятную тревогу.
— Если хочешь, я могу тебя подождать.
— Да нет, спасибо. Я не знаю, как много времени это займет. А после возьму такси.
Тяжело вздохнув, я расстегнул три верхние пуговицы рубашки.
Машина плавно затормозила напротив высотного здания. Перед главным входом в серо-голубое небо бил фонтан, пытаясь дотянуться до перистых облаков.
— Послушай, — Камилла схватила меня за запястье, совсем как тогда, возле бассейна. — Я сейчас скажу одну из самых банальных вещей на свете, но, если тебе что-то по-настоящему дорого, то не смей это отпускать. Борись изо всех сил и не вздумай сдаваться.
Взяв ее руку, я прижался губами к неожиданно холодным пальцам.
— Спасибо. Еще увидимся.
— Удачи!
Я выбрался наружу, моментально окунаясь в атмосферу шума и раскаленного за день бетона. Машина бесшумно отъехала от тротуара и влилась в общий поток, но я не стал провожать ее глазами. Вместо этого я задрал голову и уставился на огромный небоскреб из полупрозрачного отражающего стекла, алюминия и стали. Казалось, он упирался всей своей громадной тушей в небо, поддерживая его как один из древних атлантов и не давая упасть на город.
Ступив в огромное фойе, откуда провожали вверх не только лестницы и лифты, но даже эскалаторы, я почувствовал себя в муравейнике, словно очутился внутри «города в городе». За длинной стойкой ресепшна находились пять девушек. Трое из них оказались заняты.
Выбрав из свободных ту, что ближе, я изложил цель своего визита. С невозмутимо-профессиональным видом она быстро уточнила что-то по телефону и проводила меня до одного из лифтов, но вместо того, чтобы нажать на кнопку вызова, приложила к электронному дисплею бейджик, и потом еще раз повторила это действие в кабине перед тем, как нажать на нужный этаж.
Через короткое время металлические двери открылись на одном из верхних этажей, выпуская меня в просторную приемную, оформленную в золотых и коричневых тонах.
— Добрый вечер, мистер Келли? — обратилась ко мне приятная молодая женщина за столом, судя по всему, секретарша.
— Да, это я.
— Прошу прощения, но вам придется немного подождать.
— Хорошо, — я кивнул. — Спасибо.
