— Где ты была, пока я себя уродовала? Ты не пыталась меня остановить, а лишь смотрела. Тебе это нравилось, да? Скажи, что нравилось! Нравилось смотреть, как собственная мать себя убивает.
— Я не могла тебя остановить, ты не слушала меня. Любую помощь, которую тебе предлагали бабушка с дедушкой, не принимала. Ты ото всех отвернулась и сама себя погубила, — следуя за перемещающимся голосом, сказала Лесли.
Самая большая из картин, висевшая над кроватью, начала меняться. Женщина неестественно повернула голову, схватила руками верёвку, порвала её и медленно пошла, словно хотела выйти из картины, и она это сделала. С хрустом руками повернула голову в нормальное положение и впилась взглядом в Лесли. Мёртвая женщина с белыми, как снег, волосами, петлёй на шее и острыми, как у дикого зверя, когтями была одета лишь в сорочку. Руки и ноги были в синяках от ударов.
— Неужели ты убьёшь собственную мать? — жалобно спросило чудовище.
— Нет, я тебя ненадолго освобожу от страданий.
Лесли сделала быстрый выпад, но женщина исчезла и вышла из другой картины, висевшей позади героини, и начала душить верёвкой со стола.
— Скоро мы будем вместе, девочка моя, очень скоро, — шептала она ей на ухо.
Лесли удалось освободиться, разрезав верёвку мечом.
— Ты не первая, кто пришёл сюда с этим клинком, но будешь последней, — зловеще прошипела мать.
Она набросилась на Лесли, пытаясь повалить её на пол, но та увернулась и нанесла удар, отрубив голову начисто. Тело рухнуло, голова покатилась в коридор, но тут же исчезла вместе с телом. Мать накинулась на неё из другой картины, висевшей слева, на этот раз порезав девочку от уха до шеи.
«Ничего не понимаю, я же её убила», — пронеслось в мыслях девушки.
— Не сопротивляйся, останься со мной, и мы вновь будем семьёй, уже навечно, — смеясь, сказало чудовище.
Девочка парировала удар когтями, затем ещё один и, сделав пируэт, проткнула сердце матери. Холодное тело рухнуло. Лесли убила её ещё шесть раз и наконец догадалась. Она побежала в гостиную и пристально смотрела в единственную картину, висевшую над камином. Девушка не ошиблась. Мать вышла из неё и кинулась на Лесли, выбив меч из рук.
— Кажется, ты потеряла свою игрушку, доченька, — улыбаясь сказало чудовище.
Лесли прыгнула на стол, ударила ногой мать и кинулась к картине над камином, схватила её и разбила об пол. Чудовище исчезло.
— Я так и думала, сломаю все картины, и она умрёт на какое-то время.
Девушка схватила меч и отправилась обратно в комнату на втором этаже. Сломав две картины, она быстро повернулась и ударила наугад, руки матери упали на пол. Лесли ударила её ногой, взяла третью картину и разбила чудовищу голову.
— Прощай, — шёпотом сказала она и разрубила самую большую картину на две части.
На её месте тут же появилась дверь.
— Так далеко, ты зашла так далеко.
Сзади Лесли стоял заяц.
— Нелегко, наверное, убить собственную мать, я прав, девочка?
— Это была уже не моя мать, а чудовище, которое сотворил мой разум.
— Хорошо, что ты это поняла, — заяц достал часы из кармана. — Сорок два часа, моя дорогая, у тебя в распоряжении сорок два часа, — хихикая, сказал заяц.
— Ты лжёшь, у меня было три дня, я провела тут не больше суток.
— Ты лежала без сознания десять часов, дралась восемь часов, и, конечно же, проход через дверь, чуть не забыл, еще двенадцать часов.
— Почему ты сразу не сказал, что проход через дверь длится двенадцать часов?
— Если бы ты спросила, то я бы ответил, — с неизменной улыбкой сказал заяц. — Дам тебе один совет: не верь человеку в цилиндре, все его слова — ложь. Больше не смею отнимать твоё время, которого и так почти не осталось, ещё увидимся, дитя.
Заяц исчез, как и обычно. Лесли схватила клинок и рванула в дверь…
Лесли оказалась в странной комнате. Шахматный пол был настолько чистый, что девушка видела в нём своё отражение, две белые койки стояли симметрично по углам, между ними были большие тумбочки и окно, однако на улице было так темно, что Лесли не могла понять, куда оно выходит. Почему-то эта комната напрягала Лесли, особенно сильно давила гробовая тишина, и девушка крепко сжала меч. Было настолько тихо, что Лесли боялась пошевелиться. Она быстро пробежала глазами по комнате в поисках неизвестно чего и наконец сделала первый шаг. Девушка осмотрела тумбы, но все они были пустые. Она аккуратно открыла дверь и выглянула в коридор. Носилки, люминесцентные лампы и множество одинаковых дверей — всё это сильно напоминало больницу. Лесли вышла в коридор и медленно пошла прямо. Вдруг ей показалось, что кто-то сзади неё прошёл, но, обернувшись, она никого не увидела.
«Это место не похоже на кошмар, всё слишком… нормальное… очень странно», — подумала Лесли.
Внезапно кто-то подошёл сзади и сильно ударил по голове. Девушка потеряла сознание.
Лесли очнулась от голосов, которые что-то обсуждали.
— Что с ней, доктор? — произнёс звонкий женский голос.
— Ничего страшного, полежит пару дней, попьёт таблетки и будет как новая, — уверенно сказал мужчина.
