Страх перед физическим наказанием заставлял молодых солдат работать с полной отдачей сил. Много лет спустя я читал о порядках, существовавших в Русской армии до революции. Там тоже было рукоприкладство, причем вполне узаконенное. Бить солдата имел право только офицер. Но существовало правило – удар должен наноситься ладонью, но не кулаком. Ударив солдата, офицер обязан был дать ему деньги. Так всегда поступает хороший отец в отношении своих детей. Такое рукоприкладство приветствовалось всеми, включая самих солдат – они предпочитали получить пощечину и деньги, вместо того, чтобы отбывать 15 суток на гауптвахте.
Рукоприкладство в советской армии носило зверский, ничем не оправданных характер и часто приводило к увечью и гибели людей. В других частях советской армии, не являвшихся гвардейскими, свирепствовало еще более жестокое обращение с молодыми солдатами, чем у нас. Их гениталии зажимали в тиски, уродуя молодых мужчин. Часто молодому солдату надевали петлю на шею и вешали – и только когда несчастный терял сознание, его вынимали из петли. Далеко не всегда после этого солдат оставался живым. Могло ли такое произойти в царской армии? Сомневаюсь. В царской армии были священники, которые не допустили бы такого зверства по отношению к человеку. А может быть зверство необходимо, ведь озверевший солдат непобедим? Вряд ли.
А еще деды отбирали еду у молодых солдат. Как я узнал позже, даже на зоне пайка считается священной – у зека никто и никогда не может отобрать еду. А в том подразделении происходило следующее. Солдаты приходили в столовую и рассаживались по 10 человек за каждым столом. Из этих 10-ти как правило 2 или 3 были деды. Они забирали себе почти всю еду, приготовленную на десятерых. Кое-что доставалось солдатам, прослужившим год. Остальные же выходили из столовой голодными. Молодые солдаты выживали только за счет того, что часто ходили в наряды по кухне – там можно было хорошо поесть. Но работа там была очень тяжелой.
Моя бабушка любила говорить:
– Почему солдат гладок? Потому, что поел и на бок.
Эта поговорка родилась в дореволюционной России. Солдаты царской армии были прекрасно упитаны. А солдаты Советской армии отличались худобой, тонкими шеями и кривыми ногами.
Много лет спустя я читал воспоминания одного человека, который служил солдатом в царской армии. Каждое утро он на протяжении получаса пил чай, съедая при этом целый батон белого хлеба, намазанный толстым слоем сливочного масла. А в обед, после чарки водки, он обжирался наваристыми щами со сметаной и мясом. В Советской армии не было даже и намека на такую шикарную пищу. Царь серьезно заботился о солдатах – а солдаты те только и мечтали, как бы свергнуть царя. Советское правительство относилось к нам, солдатам, как к скотам – а мы даже и не думали свергать это правительство. Хотя ненависть к власти была. Она выражалась в том, что офицерам мы дали довольно меткое прозвище – «немцы».
Подразделение, куда я попал служить, называлось боевой группой. В этой группе насчитывалось порядка 120-ти человек – по 30 человек на каждый призыв. Солдаты в ней были разных специальностей – одни подвозили ракету и устанавливали ее на стол, другие заправляли ее горючим и окислителем, третьи нацеливали ее в нужном направлении и т.д. Я попал в «Отделение подготовки и пуска». В мои обязанности входило сначала подстыковать различные кабели к ракете, установленной на пусковом столе, а потом помогать офицеру, который в завершении всех процедур нажимал на кнопку «Пуск».
Моим непосредственным командиром на стартовой площадке был старший лейтенант Дьяков. Он был высокого роста и крепкого телосложения. Вначале он мне показался очень грубым человеком. Один раз он приказал мне навести порядок в нашем служебном помещении. Для того, чтобы удобней было убирать пыль с поверхности пола, я отстыковал от стойки пуска несколько кабелей. Убрав пыль, я попытался подстыковать их назад. Но я совершенно забыл, какой кабель куда подстыковывать. Дьяков, видя это, в гневе заорал на меня:
– Что, память отшибло?
Он был очень недоволен мной, так как ему самому пришлось подстыковал те кабели на место.
Однако со временем, присмотревшись к этому офицеру, я понял, что он был хотя и очень строгим, но в высшей степени справедливым начальником. Как говорят, с таким можно спокойно идти в бой.
Командиром нашего взвода был офицер в звании капитана. Он считался довольно авторитетным коммунистом. Как-то я спросил у него:
– Почему в группе такое издевательство над молодыми солдатами?
Капитан ответил:
– Ну потерпи, потерпи. Всего два года служить.
К солдатам он относился как к скотам, что видно из следующего примера. Солдаты нашей группы сдавали нормативы на повышение класса по специальности. В случае успеха это сулило каждому дополнительный рубль к зарплате, составлявшей 3 рубля 60 копеек в месяц. Сдавать нормативы надо было проверяющему из армии. Когда подошла моя очередь, капитан сказал проверяющему, указывая на меня:
– Этого завали.
