— Позволь не согласиться. Не было там ничего опасного. Пятеро хмельных дураков без доспехов, дубинка, скверный охотничий лук, два кинжала да старая полянская сабля. Не подоспей ты, они, скорее всего, просто оставили бы меня в покое, позволили пройти. И трое из них остались бы живы.
Примечания:
* Подперсье - нагрудник, часть конского снаряжения, ремень, охватывающий грудь лошади спереди и удерживающий седло от сползания назад при езде на подъёмах.
** Свояк - муж сестры.
*** Слово "наглый" прежде использовалось в значении не только "нахальный","дерзкий", но и "быстрый", "внезапный".
**** Поле под чёрным паром - это земля, свободная от возделываемых культур на сезон, в течение которого её распахивают, удобряют и содержат в чистом от сорняков состоянии.
***** Перестрел - дометрическая мера длины, расстояние, примерно равное полёту стрелы (~ 60—70 м).
Игла в стоге сена
С первыми лучами Ока на Задворки из леса выехали два всадника. Кони их еле плелись, повесив головы, да и седоки выглядели не многим лучше: глаза у обоих слипались от усталости, а одежды покрывала дорожная пыль. Возле криницы они остановились, чтобы напоить коней. Младший спешился и начал общим ведром наполнять водопойную колоду.
— От, не было печали: припёрлися из лесу, и сразу им воды подай. А кому другому — жди, покудова не посинеешь, — возмутилась одна из толпившихся у колодца тёток. — В очередь ставать надо, а не лезть дуром!
— Да ладно тебе, Дивовна, не шуми, — тут же подала голос её соседка. — Парнишка, вишь, и так еле на ногах держится, куда ему в очередь.
— По ночам спать надобно, а не у Бодуна ошиваться, тогда и ноги держать будут, — не унималась вредная тётка. — А энтот чего расселся? Молодого, значит, запряг, а сам с седла поглядывает? Слышь ты, крендель!
— Окстись, — тут же влезла щуплая старушечка с козой на верёвке, — У няго, вишь, с рукой чойто, хворый он…
— Иди сюда, почтенная, напои свою козу, — позвал парень с ведром.
Старушка, стоявшая в самом конце длинной вереницы тёток, аж прослезилась.
— Ах, сыночек… Храни тя Маэль.
Но стоило ей двинуться с места, какая-то могучая бабища ухватила её за шушпан*.
— Куды? Она только пришла, а я туточки с самой зорьки торчу!
Всадник, так и не покинувший седла, повернулся в сторону разгорающейся склоки, погладил рукоять плети и рявкнул резко, тоном человека, привыкшего к послушанию окружающих:
— Цыц, дуры!
Робкие испугались, наглые оторопели, и на миг даже повисла тишина, сквозь которую стал слышен шум с конного торга. Всадник кинул быстрый взгляд поверх голов и спросил у ближайшей тётки:
— Что у вас там?
— Торгують, — ответила та.
Всадник поморщился недовольно.
— Да нет же, я не про торг. Что за подворья? Кто хозяева?
Тётка задумалась, глупо моргая глазами, но стоявшая рядом юркая молодица с двумя вёдрами на коромысле тут же встряла из-за её плеча:
— То Задворный посад, а по простому — Задки**. А уж кто там хозявствует, думай сам, красавчик.
Вокруг засмеялись и зашушукались, с интересом ожидая, чем ответит пришлый молодец. Тот хитро улыбнулся, достал из кошеля медную монетку и, метко запустив ею молодке в ведро, заявил:
— А ну, подходи ближе! Какая будет отвечать складно и занятно, не с пустым ведром домой пойдет.
Чужака мигом обступили плотным кольцом.
— Спрашивай, коли не шутишь! — слышалось со всех сторон.
— Вон то что за домина с зелёными воротами?
— Старосты двор, торгового смотрителя.
— А чего ж у его хоромины теремок маловат, да и тот покосился?
— Дык каков большак, таковы и хоромы: тушу наел знатную, а судит-то криво!
— А вот там чейное подворье, с козьей башкой на воротах?
— Прокла Дерюжки, — бодро откликнулись из толпы. — Он у нас мужик ушлый, свою выгоду понимает: башка козья на проулке, зато вымя во дворе.
— И много у этого хитреца коз?
— Да одна, та самая, что на воротах. Уж три круга, как издохла.
— А что за двор с колесом над калиткой?
— То Глузда Колёсника подворье. Он у нас мастер знатный: одно колесо починит, да два поломает.
— А на синих воротах что за драная кошка изображена?
— Да ты, сударь, никак, глазами слаб? То не кошка, а горностай! Так лекаря нашего кличут.
— И что, хороший лекарь-то?
— Да как тут враз обскажешь? Ума-то у него палата, да ключ, вишь, потерян.
— А звать вашего лекаря как?
— У него имя не нашинское, такое, что без полгуся*** не упомнишь.
— Как же его хозяйка обходится?
— А она у него сама тоже пришлая, и вообще, оборотница!
— Ведьма!
— И глазищи у ней бесстыжие, белозорые!..