Вопросы перемешались в голове, сталкивались друг с другом, рассыпались осколками. Альберт понимал, о чём его спрашивают, и мог в общих чертах ответить, но… Прямо и чётко выдать требуемые факты оказался не в состоянии. Так странно. До этого самого момента он считал, что умеет жить и радоваться жизни, что понимает, где важное, а где нет, что хорошо знает себя. А оказалось?
– Кроме того, ты хотя бы попробуй для начала контролировать окружение, – Финч потёр нос, возвращаясь к работе. – Я могу менять детали в отражении на раз-два… Проверим?
Потух свет, и Альберт замер. Дверь в комнату медленно отворилась, по полу потянулся сквозняк, а в коридоре раздались шаркающие шаги.
– Хочешь встретиться с Фредди? – вкрадчивый голос Финча звучал еле слышно.
Мерзкий скрип когтей о стекло ввинтился в уши. Альберт отмер, подскочил к двери и захлопнул её. Сердце колотилось о рёбра. На улице послышались раскаты грома, а дверь с той стороны настойчиво толкали. Он упирался ногами в пол, который стал мягким и упругим, как желе. Альберт запутался, где пол, а где потолок, в воздухе вокруг образовались капельки воды, и в них отражались… отражались…
Финч завёл готовые часы на восемь утра и отложил их в сторону. Подошёл к своей машине, которая мигала разноцветными огоньками, и сдвинул пару рычажков, задумчиво глянув на показания:
– Слишком назойливые отражения. Давай вызывать их пореже…
***
Альберт во сне дёрнулся и проснулся.
За окном занимался рассвет, с крыши срывались прозрачно-золотистые капли, а с балкона открывался прекрасный вид на город: в небе уже завивались облака над главной башней воздушников, а ветер вовсю трепал драконов, врезаясь в их мощные крылья и всадников на учениях.
Он с опаской приоткрыл дверь – в коридоре всё также, как и вчера, как неделю назад… да как всегда!
Что за дурость? Ну, кто помнит, во сколько он родился… Почему во сне это казалось таким важным? Как этот Финч… смог его в этом убедить?
Альберт успокоился, выдохнул и начал набрасывать начало практической части второй главы доклада «Расширенный функционал суеверий в современной жизни: теория, гипотеза, доказательство».
Аллах предначертал в этот день великую неожиданность. Я так долго спал в нетронутой лампе, что уже не надеялся созерцать мир вновь. Хотя и был заточён, я знал, сколько дней, часов и даже минут в пределах земных прошло с тех пор, как я выходил наружу. Мой последний хозяин, нечестивый и неразумный гордец, загадал желание оплошно, и по воле Аллаха мы с ним вместе провалились под храм. В лампе никто не мешал беззвучно слиться с потоком жизни, плыть в фане1, внимать, не касаясь мира кончиками пальцев.
