По залам пестрой толпой прохаживались придворные кавалеры и дамы.
Один из кавалеров, нарядный, как павлин, стоял, выдвинув вперед стройную ногу в длинном шелковом чулке, рука на эфесе шпаги.
– A-а, старый знакомый! – сказал Мефистофель и поманил его пальцем.- Дорогой маркиз, проведите-ка моего друга к королю.
– Сейчас нельзя: король занят государственными делами,- надменно ответил придворный.
– О, это правда очень важно. И все же доложите ему, что прибыл доктор Фауст, маг и чародей, великий мастер волшебства. Скажите королю, что доктор Фауст умеет творить чудеса. Вы качаете головой, маркиз? Не отказывайтесь, разве вы не узнали меня?
Мефистофель щелкнул пальцами – посыпались искры. Придворный побледнел. Куда девался его горделивый вид! Он поспешил чуть ли не бегом к единственной двери, которая была закрыта, и, отстранив пажа, скрылся за дверью. Через минуту он вернулся и с поклоном сказал Фаусту:
– Его величество благоволит принять вас. Пожалуйте!
Паж распахнул дверь перед Фаустом. Король Франциск сидел в кресле перед столом, разглядывая чертежи и рисунки. У короля был длинный лисий нос, плутовато-веселые глаза. Пышные рукава с разрезами перехвачены лентами.
– A-а, великий маг и чародей! И, уж наверно, сам черт у тебя на поводу, ха-ха! Вот, полюбуйся, чертежи и рисунки, целые вороха чертежей. И что же? Ни одной остроумной выдумки, все плоско и пресно. Словно у моих мастеров мозги ссохлись в горошину.
– Это новые изобретения, государь?
– Да, я готовлю во дворце праздник, каких еще не бывало. Ты бы мог помочь. Но что ты можешь? Что умеешь?
– Я многое могу.
– Послушаем!
– Государь, я могу построить каналы, и вода побежит на пересохшие поля. Я могу пригнать облака, и они прольются дождем на землю. Тогда никто больше не будет бояться засухи. Я добуду в далеких землях семена многих полезных растений, доныне не ведомых в Европе. Дайте мне дозволение, государь, и я построю прекрасные солнечные города. В них будет легко и радостно жить. Я научу людей летать по воздуху, как птицы летают на крыльях…
Король нетерпеливо прервал его:
– Ха-ха, на крыльях! То же самое толковал мне и покойный Леонардо да Винчи*. Большой мечтатель и фантазер. Но тот был, по крайней мере, мастер рисовать картины.
– Испытайте меня, государь. Я могу…
– Ну что ж, придумай какое-нибудь небывалое зрелище. Покажи на моем празднике чудеса магии, скажем, волшебные картины, чтобы я поверил в тебя.
