– А ну-ка стой! – Обвиняющий перст Сары пригвоздил Реда к месту. – Послушай, Ред Мелоун, мой дом наверняка был под постоянным наблюдением! Правительство, соседи, Общество – все ждали, когда я вернусь к себе. Тот, кто решился прийти за моими вещами, – полный идиот, потому что ни одна из них не стоит его глупой башки! Кроме разве что Кисса… – Сара погладила кота, услышав в ответ знакомое мурлыканье. – За это я готова простить ему все. – Она посмотрела на Реда в упор. – Ты ведь скажешь мне, кто это был, правда?
Лицо Реда пылало. Такого ей до сих пор не приходилось видеть. И не только лицо – густой свекольный румянец перетекал на шею и терялся где-то под рубашкой. Белым вообще трудно что-либо скрыть – кожа то и дело их выдает.
– Ну да, так я и думала! – рассмеялась Сара. – Зачем ты это сделал, Ред?
Он пристально разглядывал ковер под ногами.
– Я… мы должны были.
– Неплохо. Попробуй еще раз.
– Это казалось правильным…
– Уже лучше. Третья попытка.
– Ладно! Потому что я так захотел! Я! По своим собственным соображениям.
Сара снова прижала к себе кота.
– Ну а теперь скажи все-таки, зачем тебе понадобилось строить из себя идиота?
– Потому что я хотел еще хоть раз увидеть, как ты улыбаешься.
Она приоткрыла рот от изумления и даже перестала гладить кота, который недовольно поднял голову.
– Ред, ты…
– А кроме того, я оставил у тебя возле дома свой фургон, – пожал он плечами.
Пухлая профессорша затянулась своей трубкой из кукурузного початка и выпустила к потолку колечко дыма. Джереми посмотрел в окно за ее спиной – на дорожках, проложенных между корпусами, виднелось лишь несколько унылых фигур с книгами под мышкой. Сейчас, в середине лета, большинство студентов предпочитали всем учебным занятиям курс загара в Калифорнии или Флориде.
– Да, мистер Коллингвуд, я хорошо помню вашего друга. Довольно странный визит, знаете ли… За консультацией, как правило, обращаются студенты.
Джереми наклонился вперед.
– Я уверен, что он во что-то впутался – во что-то опасное. Из всех его контактов за последний месяц необычной мне показалась только встреча с вами. Вот я и подумал… Может быть, удастся отыскать какую-нибудь нить…
– Нить? – Профессор Луэллин удивленно подняла брови. – Что может быть опасного в изучении истории? Ваш друг всего лишь хотел узнать подробности нескольких исторических событий. Я как могла ответила на его вопросы, и он ушел…
Джереми устало прикрыл глаза. Кого он из себя строит? Джереми Коллингвуд, частный детектив, – смех, да и только! Не только смешно, но и глупо. И все-таки он должен хоть что-то узнать! О Деннисе, о взломанной квартире…
– Ну что ж, тогда извините за беспокойство.
Он стал подниматься с кресла, однако Луэллин жестом остановила его.
– Вы знаете, что это такое, мистер Коллингвуд? – Она показала на телефонную трубку.
Он присмотрелся. Трубка была разобрана, и из нее тянулись какие-то провода. Рядом стоял магнитофон. Ну и что? Джереми перевел взгляд на профессора, потом снова на телефон. Провода и провода, ничего особенного… Он пожал плечами.
– Боюсь, я не очень силен в технике. Никогда не интересовался, как устроен телефон.
– А я интересовалась, мистер Коллингвуд, и точно знаю, чего тут быть не должно. Вон та штука называется «жучок». Он подслушивает и передает каждое слово, которое говорится в этой комнате, – даже если трубка лежит на месте. За исключением тех случаев, когда к его входу подключен мой магнитофон. Сейчас тот, кто это затеял, слышит лишь самые обычные звуки из кабинета историка – как я читаю, печатаю на клавиатуре, раскуриваю трубку и так далее. – Она вынула трубку изо рта и улыбнулась. – Конечно, миллионеров и политиков этим не удивишь, но мне нравится.
Джереми недоуменно взглянул на нее.
– В студенческие годы я участвовала в радикальном движении, – объяснила Луэллин, – и телефонное прослушивание для меня давно не тайна. – Взяв в руки трубку, она снова взглянула на «жучок». – Хотела бы я знать, кто его поставил и зачем. Уже почти месяц, как я его обнаружила. Это было сразу после визита вашего приятеля, хотя тогда мне не пришло в голову, что тут есть какая-то связь. А потом позвонили вы и рассказали о квартире и всем остальном. Таких совпадений просто не бывает, я вообще не люблю совпадений. – Она облокотилась на стол и ткнула в сторону Джереми чубуком трубки. – А теперь, мистер Коллингвуд, мы с вами кое о чем поразмыслим…
Два часа спустя Джереми расхаживал по кабинету, наблюдая, как профессор записывает что-то в желтом деловом блокноте.
– Давайте попробуем подвести итог, – заговорила наконец Луэллин, перелистывая страницы. – Ваш друг показал мне клочок бумаги со списком событий и дат… Он случайно не говорил вам, где его взял? Нет? Мне тоже, во всяком случае, я такого не помню. Итак, я сказала ему, что там перечислены случаи, когда действия сравнительно небольшого числа людей влияли на последующие события непропорционально сильно. Мы тогда их образно окрестили «гвоздями от подков»…
– «Дайте мне точку опоры, и я переверну мир», – продекламировал Джереми.
