— Ну что ж, пойдем, Милан. Бери вещи, и идем. Прощайте, господа. До свидания, Горислав, может, еще увидимся.
Милан нырнул в повозку за вещами, они вышли на тротуар, и пошли к площади.
Это была самая обычная городская площадь. Восьмимерная дорога скрылась под землей, и о границе напоминали только необычные названия и марево за домами. Названий было четыре. Сама площадь называлась Трехсторонней Верхневолынской, а по сторонам площади, граничащим со странами, значились названия — Верхняя Волынь, Эллада и Светлогория. Милан даже запутался в вывесках.
— Интересно, а сами они тут что-нибудь различают?
— Не думаю, — серьезно ответил Вацлав. — Вероятней всего, они и сами не знают, кто под какой вывеской живет.
— А как же они друг друга находят?
— Вероятно так же, как ты находил дорогу от кухни в библиотеку у меня дома. А у меня там вообще указателей нет.
Они перешли на Светлогорскую сторону.
— Пойдем или поедем? — спросил Вацлав.
— Как скажете, — пожал плечами Милан. — Я бы прогулялся.
— Ну что ж, пошли, — согласился маг, и Милан сообразил:
— Вы спросили мое мнение из-за вашей клятвы?
Вацлав улыбнулся.
— Да, в общем, нет. Я не давал обета поступать исключительно так, как хотят мои спутники. Это было бы бессмысленно. Если хочешь делать исключительно то, что тебе говорит кто-то другой, то нужно не в Трехречье идти, а устроиться лакеем в ближайшую гостиницу.
— А можно просто жениться, — предложил Милан.
— Вспомнил женскую руку, о которой так тосковал Горислав?
— Да. Со скалкой.
Вацлав хохотнул.
— Видишь ли, мой мальчик, здесь можно и просчитаться. Некоторые женщины, к счастью немногие, хотят, чтобы ими руководили.
— Ну и что? — удивился Милан. — Это же только упрощает ситуацию. Вы женитесь, и, исполняя желание жены, руководите ей. В результате вы живете как хотите, и соблюдаете обет.
— О, да ты становишься настоящим философом, — засмеялся Вацлав.
— Жаль даже, что вы и в самом деле не дали такого обета, — со вздохом продолжил Милан. — Тогда бы мы совершил наше путешествие с большим комфортом в вашем экипаже.
— И где ты был раньше? — засмеялся маг.
— Да я-то был у вас дома. А вот где вы пропадали — это и в самом деле вопрос.
Вацлав чуть поморщился.
— Деньги на дорогу зарабатывал.
Милан с раскаянием посмотрел на него.
— Простите, Вацлав, я не должен был спрашивать. Это ведь я ваш секретарь, а не наоборот. Вот если бы вы и в самом деле дали обет делать, что скажут другие...
— Тогда бы я остался в Медвенке, Милан, и не нуждался бы в секретаре по философским вопросам. К тому же, с твоей стороны было бы не очень-то вежливо устраивать мне форменной допрос, зная, что я не могу уклониться от ответа.
— Ничего, Вацлав, я бы отнесся к вопросам вежливости философически.
— Ну, надо же! — восхитился маг. — Как дорожные неурядицы способствуют развитию философского мировоззрения! Надо бы рекомендовать это в качестве последнего семестра на филфаке!
— Боюсь, что ваш друг Горислав не сможет обслужить всех желающих, — возразил Милан.
— Он мог бы открыть курсы и учить этому.
— Что вы, Вацлав, это надо впитать с молоком матери!
Через два часа, как и обещал пограничник, они дошли до перекрестка. Вацлав подошел к пограничникам и спросил, каковы здесь порядки для пешеходов. Стражник презрительно оглядел их с ног до головы и указал на боковую дверь.
Вацлав и Милан вошли в дверь и вместо помещения, которое они ожидали увидеть, оказались на обочине дороги. На шоссе стража проверяла документы путников в шикарной повозке. Им же велели ждать своей очереди.
Очереди не было. Прошла одна повозка, за ней другая. Вечерело. Небо окутали плотные облака.
— Кажется, дождь собирается, — уныло проговорил Милан.
Вацлав посмотрел на секретаря и подошел к ближайшему пограничнику, на ходу вынимая бумажник.
— Вы не подскажете, где я мог бы обменять деньги? — вежливо спросил он.
Стражник бросил взгляд на пухлый бумажник и с готовностью сказал:
— Обменный пункт здесь метрах в пятидесяти. Позвольте, я посмотрю ваши документы и провожу вас.
Вацлав кивнул и подал подорожные.
— О, вы маг? — с опаской спросил пограничник.
— Вас это не устраивает? — удивился Вацлав.
— Нет, что вы.
Стражник выглядел несколько приунывшим. Кажется, он потерял надежду получить щедрые чаевые.
— Можете идти, — сообщил стражник.
— Вы обещали показать нам обменный пункт, — напомнил маг.
Пограничник неуверенно посмотрел на него и официально произнес:
— Следуйте за мной, господа.
Милан ожидал, что Вацлав протянет в окошко верхневолынские деньги, но тот сунул кредитку и попросил обналичить тысяч десять. Милан невольно охнул.
— В Светлогории другой уровень цен, — пояснил Вацлав. — В переводе на наш курс, это будет порядка двух тысяч.
— Две сто с какой-то мелочью, — подтвердил пограничник. Видно было, что масштабы наличных на дорожные расходы произвели на него впечатление.
Вацлав получил обратно свою кредитку и пачку наличных, положил купюру в руку стража и спросил:
— Вы не подскажете, где здесь можно найти приличную гостиницу?
Страж с благодарностью спрятал деньги и задумчиво покачал головой.
