Я услышал, как они застегивают ремни, подбирают оружие, услышал, как они напоследок осыпают ругательствами и покрывают плевками мою мать, которая упорно молчала. Потом сыновья смерти вышли из дома, и во дворе остались только моя мать и смерть.
– Я знаю, почему ты молчишь, – сказала смерть. – Я уже сталкивался с этим. Так ведет себя мать, когда хочет защитить своего ребенка. Где-то здесь, в доме, спрятан ребенок. Я его найду. Но сначала ты будешь кричать. Будешь умолять, чтобы я тебя прикончил. Я убью тебя после того, как ты будешь кричать. А потом найду твоего ребенка.
– Умоляю вас… – услышал я голос матери.
– Тебе надо беспокоиться не о ребенке и просить пощады не для него, а для себя. То, что я сейчас с тобой сделаю, – сказала смерть, – будет больнее, чем пуля между ног. Ты будешь кричать. Тебя услышат даже в аду.
И смерть начала свою работу. Моя мать закричала, крики были такими пронзительными и жуткими, так громко отдавались у меня в голове, что я потерял сознание. Когда я очнулся, крики прекратились, но они все еще звучали у меня в ушах. Кажется, именно тогда я понял, что эта пытка теперь будет повторяться всю мою жизнь, и единственный способ ее облегчить – заглушить эти крики у себя в голове еще более оглушительными голосами, еще более дикими воплями.
Я больше не сидел в яме. Я был во дворе. Рядом лежали безжизненные человеческие фигуры: тела моих родителей.
Я закрыл глаза. И беззвучно заплакал.
– Она чуть не убила меня, – сказал рядом со мной чей-то голос. Это был голос смерти. Я обернулся. Я представлял себе громадного, чудовищного великана. Человек, которого я увидел, был хлипкий коротышка, почти смешной в своей обыденности, но я ни секунды не сомневался, что это смерть. Я смотрел на него, не в силах что-либо сказать.
– Твоя мать чуть не убила меня, но в последний момент я заметил, как она вытащила из волос кухонный нож, когда я заставлял ее кричать. Она ударила секундой позже, чем надо, и я успел перекатиться набок. Она взглянула на меня, и я понял, что для нее все кончено. До того, как я ее убил, она перерезала себе горло. Вот как она умерла. Потом я обыскал дом и двор и нашел тебя в недостроенном колодце, без сознания. Как тебя зовут?
Я не ответил.
– Ладно, сынок, твое имя не имеет значения. Скажи, ты слышал крики матери перед тем, как потерять сознание?
Я кивнул.
