Ну а пока я наслаждаюсь морским бризом, шумом волн и лёгким женским гамом. Являю бинокль и рассматриваю сиськи молодух в упор. Чаще лица обычные, а вот грудь есть ух какая хорошая. Насмотревшись на спортивные тела рыжих сучек из своей спецгруппы, хочу чего–то нежного. А здесь таких женственных тел хоть отбавляй. Нежные животики, бёдра и задницы с жирком, грудь покрупнее.
Но не все девушки так открыты. Замечаю на лежаках и взрослых особей с топиками, которые закрывают плоскую грудь. В отличие от детишек, эти стесняются. Видимо, так здесь принято. Вспоминаю возмущения Дафны. Похоже, неприлично созревшим девушкам демонстрировать отсутствие сисек. Но это меньшее из зол.
Вид на пляже портят уже потрёпанные женщины с обвисшими формами и чересчур крупными сосками. Вот им бы топами всё закрыть и не мучиться уже. Благо, я быстро нахожу себе объекты наблюдения, от которых глаз оторвать не могу.
Рожаю себе пивка холодненького, рыбки сушёной на закуску. Как же хорошо.
Вскоре подмечаю для себя нежную красотку с вишнёвыми волосами в косах, хорошей фигуркой и торчащей шикарной двоечкой. Глазки голубые, губки черешнями, всё, как я люблю. С подружкой невзрачной пришла, смеются они, разлёживаясь на песочке у самых волн. Вишенка вертится, то попкой кверху, то бочком. От чарующей улыбки млею.
Уже начал думать, как к ней подкатить. А тут полицайка в красной форме докопалась:
— Мей Ран, прошу прощения, что прерываю ваш досуг, но здесь запрещено пить вино. И прочий алкоголь.
Смотрю на неё, с трудом оторвавшись от наблюдений за Вишенкой. Крупные ляжки обтянуты в белые лосины — это первое, что бросилось в глаза. Молодая пухленькая синеволоска ростом чуть выше среднего, кровь с молоком.
— А с чего ты взяла, что это алкоголь? Тебе знакома такая бутылка? — Демонстрирую наклейку с Чеширским котом.
Отрицательно мотает головой, явно опешила от наезда. И моего строго тона.
— Ты отвлекла меня от важных дум, невежа.
— Простите наставник, не наказывайте по незнанию, — забурчала, опуская глаза.
— Спускай лосины и на коленки перекидывайся, — командую, мысленно потирая ладоши.
Терять мне нечего. Попытка — не пытка.
И ведь выполняет! Пусть и мнётся сперва. Заваливается поперёк с крупной задницей в трусах. Нет, определённо в трико было лучше.
Стал шлёпать, по заднице с жирком слишком звонко выходит, аж самому неловко стало. Все вокруг пялятся, большая часть отдыхающих вообще ретируется, видимо, от греха подальше.
— Ладно, вали корова, — отталкиваю.
— Спасибо за урок, наставник, — поднимается, кланяется ещё.
Ищу свою Вишенку через бинокль, а она уже с подругой с пляжа уходит одетая, еле разглядел, и то случайно. Ещё бы пара секунд и скрылись бы за беседкой. Вот же чёрт. Подрываюсь с места и за ними спешу.
Догнал только на перекрёстке улиц, игнорируя всех здоровающихся вокруг и даже что–то спрашивающих. Обе разворачиваются. Вишенка вблизи ещё краше и милее смотрится. На вид лет двадцать. Одета в вуалевое светлое платьице, грудь в топике уже, который хорошо просвечивается. Бёдра нежные загорелые, очень хороши.
Пробежав по моим нашивкам глазами, красотка резко опустила взгляд и заволновалась.
— Наставник, в чём я провинилась? — Выдаёт совсем девичьим голосочком. Вероятно, этот вопрос вызван моим пристальным вниманием. А я и не могу иначе, с ней у меня тоннельное зрение: никого нахрен теперь вокруг не вижу и не слышу.
— Пошли, прогуляемся, — предлагаю. — Как тебя зовут?
— Я О Ран Лукьяра, простите наставник. Но через час у меня рабочая смена.
— Мей Ран Крис, очень приятно познакомиться, — отвечаю любезно. — Можешь смотреть на меня прямо.
Поднимает перепуганный взгляд. Её подруга на пару шагов отступила, похоже, готова бросить её в беде.
— Для меня великая честь познакомиться со столь заслуженным Мей Ран, — прощебетала.
— Я тоже рад знакомству, и где же ты работаешь?
— На бумажной мануфактуре. У меня третий рабочий ранг, я очень стараюсь.
— Какая молодец, — комментирую. — Давай провожу, ты же не против?
Конечно, она не против. Но явно обескураженная таким вниманием плетётся со мной.
— Оставь нас, — гоню прочь её подругу, чтоб хоть поговорить нормально.
— Слушаюсь, Мей Ран, — кланяется дурнушка, отставая.
Идём по улочке вдвоём, все на нас пялятся украдкой.
— Ты очень красивая, — начинаю клеиться.
— Спасибо, наставник, — слышу умирающий голосок.
Посматривает недоверчиво, раскраснелась вся. Разговор не ладится никак, она такая зажатая, на пляже была совершенно другая девушка. Вскоре становится ясно, что каши с ней не сваришь. Любой намёк на интим воспринимается весьма нервно. Похоже, у них здесь вообще не принято флиртовать с противоположным полом.
Проводил до белого двухэтажного здания, которое оказалось её общагой, спросил, где тут можно дом снять побогаче, с охотой подсказала целый квартал с такими.
— Завтра ты придёшь на пляж? — Спросил перед расставанием. Не даёт, так хоть на сиськи полюбуюсь в последний раз.
