Гладко выбритые, нежные, покрасневшие дольки сомкнуты. Беру за натянутые ягодицы, большие пальцы у розовой дырочки ануса, указательные на половые губы, которые тут же развожу. Ой, а там уже всё блестит от смазки, довольно обильно выделившейся.
Похоже, у этих девок на сосках особые кнопочки. Нажал и полилось.
— Надо же, увлажнилась, и, кстати, неплохо так, — комментирую деловито, и строй ахает.
Командую ближе подойти, мол, крайним не видно. Встают ближе, образуя букву «П». Вот теперь всем всё видно. И славненько.
— А теперь приступим к самому интересному, — объявляю и Эрике: — лежи смирно, дорогуша, и принимай наказание, как полагается.
— Да учитель, — шепчет в ответ смиренно. А скорее, как умирающий лебедь.
Провожу пальцем по скользким внутренним половым лепесткам, и девка дёргается, приходится держать за талию, чтобы в сторону не сползла. Взяв чуток смазки, веду к крохотному сфинктеру и растираю его пальцем по–хозяйски. Эрика начинает жалобно поскуливать! Какая интересная реакция.
— Сейчас буду входить, наслаждайся процессом, — предупреждаю и наслаждаюсь её реакцией. Ох уж это выражение обречённости и одновременного стыда на очаровательном взмыленном личике.
Ввожу в попку средний палец с большим трудом. Очень тяжело проходит даже со скользкой смазкой, будто она не только ноги, но и тоннель свой раскачала. И всё же внутренняя полость расходится, плотно обволакивая вторженца. Беда женского пола — как бы не защищалась дырка, в неё всё равно можно войти, как к себе домой… Эрика жмурится, вся в напряге, но не рыпается. Отчаянно терпит. Палец входит полностью, замираю внутри. Полость доверчиво обволакивает его, какое забавное осознание.
Чувствую её выдох с облегчением, будто всё уже закончилось.
Ага, всё только начинается.
Ученицы вокруг всё это видят, вылупив глаза. Я специально отогнул остальные пальцы, чтоб девушки разглядели в подробностях. Они в шоке, а Эрика, похоже, не совсем понимает, что произошло.
— Какая молодец, — хвалю цинично. — А как тебе такое?
Шевелю им внутри с усилием. Глаза расширяет, выпучивая. Теперь народ вокруг нихрена не понимает. А я массирую в сторону матки.
Эрика в шоке, смотрит с недоумением и ужасом. Второй рукой подбираюсь к киске и нащупываю клиторок. Дёргается тут же, придерживаю. Оставляя палец в попке, начинаю тереть её бусинку. Чувствуя все сокращения и импульсы внутри, быстро нахожу, как ей нравится больше. И довожу до пика за минуту. Вероятно, пытаясь не ударить в грязь лицом перед подругами, Эрика кончает сдержанно. Но я–то чувствую, как полости заходили внутри, а половые губёшки набухли.
Дав ей немного времени опомниться, потихоньку вынимаю палец из уже более расслабленного ануса.
— Ой, ой, — пищит Эрика, спохватившись. Пытается ноги поднять, чтобы зажать задницу.
— Нет, ты ещё не обделалась, крошка, — посмеиваюсь, вынимая полностью. — А теперь главный тест на выносливость.
Как говориться, если хочешь девочку в попку, дай ей сперва кончить.
Являю пузырь смазки, сжалившись над девкой, лью обильно и начинаю разрабатывать дыру уже по–взрослому, продолжая держать её вверх тормашками.
Эрика в ужасе, то воет, то рычит утробно. А зрительницы вообще не дышат, наблюдая, как я растягиваю нежно–розовую дыру.
Разработав задницу с большим усилием, ибо слишком тугая, ставлю Эрику рачком. Девка послушно принимает позу с видом, что ей уже терять нечего. А вот в строю некоторые ученицы с глазами на мокром месте. Только не Цедаль, эта коза сосредоточенно смотрит за процессом, будто пытается запомнить всё в мельчайших деталях. Как раз к ней задницей подружку и повернул.
Можно было обойтись и без этого. Но я безумно хочу вставить в Эрику. Просто уже не могу терпеть.
Скидываю свою одежду под аханья девиц, которые тут же впиваются глазищами в мой стоящий шланг. Пристроившись, вхожу в размятую, что пластилин дырку, пусть от напряга хозяйки и быстро закрывшуюся. Туго и со скрипом, на грани разорваться сфинктер впускает меня. Эрика сдержанно вскрикивает, когда головка члена минует сдавшийся барьер. Держу за бёдра, полностью контролируя процесс. Вгоняю медленно, но верно до середины, вкушая первые сладкие ощущения на члене. Хочется вогнать до конца, но жалко её рвать. Начинаю неспешно и бережно работать тазом под оханья и аханья учениц, под нарастающий крик моей жертвы. Который вскоре перерос в звериный.
Ощущения от обладания тугим безупречным телом красотки просто непередаваемые. Особое удовольствие быть первым. Владеть, чувствуя её сокращения, трепет и полное доверие…
Думаю, за полторы минуты, что я держался, она много раз пожалела о смирении. В какой–то момент завалилась на живот от бессилия, и я, навалившись сверху, добил уже последними толчками, не контролируя себя. Жестоко загоняя по самые яйца. Когда выстрелил вовнутрь, ещё поработал тазом, наслаждаясь остаточными импульсами.
Уже под конец понял, что–то не так. Эрика резко перестала кричать, как только я кончил в неё. Может, понравилось? Или… перевернул. И в груди сердце обвалилось.
