Осторожно проверив свои силы, она обнаружила, что магия работает, но как-то странно, будто сквозь плотную пелену.
— Ты пришла в сознание, — произнёс дасати, и Миранда с удивлением осознала, что понимает его язык. — Ты провела здесь три дня. Мы позаботились, чтобы ты могла есть, пить и дышать без мучений. И… вернули тебе силы. В определённых пределах.
Миранда попыталась мысленно перенестись в Ассамблею Магов — это умение она освоила в совершенстве, — но ничего не произошло.
— Нам пришлось потрудиться, — продолжил образ дасати, — но твои силы действуют только в пределах этой комнаты. Существо, что доставило тебя к нам, утверждает, будто ты могущественная чародейка, и мы можем многому научиться, изучая тебя. Мы наблюдали за тобой долгое время, женщина цурани. Ваши воины — словно дети, но мы действительно опасаемся ваших чернорясых».
Изображение исчезло, и голос добавил:
— Отдыхай. Впереди много испытаний. Если будешь сотрудничать — останешься жива.
О том, что случится в противном случае, голос умолчал.
Накор пробормотал: «Вот это действительно интересно».
Паг не мог поверить своим чувствам. Дасати, стоявший перед ним, был Макросом Чёрным — бывшим владельцем Острова Колдуна и отцом Миранды. Он проверил свои магические ощущения и убедился, что это не иллюзия и не маскировочное заклинание: человек, которого он думал, что знал, оказался дасати. В последний раз Паг видел его сражающимся с королём демонов в мире Саауров Шила, когда разрыв закрывался.
— Ты умер, — сказал Паг.
— Был мёртв, — поправил Макрос. — Пойдём, нам нужно многое обсудить, а времени мало.
Без извинений или объяснений для остальных Макрос вывел Пага через дверь в небольшой сад, скрытый от посторонних глаз высокими стенами. Макрос взглянул вверх:
— Этот жалкий клочок земли получает лишь около часа света, когда солнце находится прямо над головой.
Он говорил на языке Королевства Островов, родном для Пага, и тот понял, что Макрос принимал все меры предосторожности, чтобы их не подслушали.
Паг посмотрел на дасати перед ним:
— Я не могу придумать ничего разумного, что можно сказать тебе. Я совершенно сбит с толку.
Макрос указал на скамью:
— Медитация не в характере дасати, поэтому мне пришлось создать это место по собственному замыслу.
Паг невольно улыбнулся. Скамья выглядела точь-в-точь как та, что стояла в саду виллы Беата.
— Как это возможно?
— Я разгневал богов, — ответил Макрос, опускаясь на скамью. Паг сел рядом. — Я сражался с Мааргом, используя все доступные мне магические средства, пока ты пытался закрыть разлом между Пятым Кругом и Шила. — Он вздохнул. — Очевидно, тебе это удалось, раз ты здесь.
Макрос опустил взгляд:
— Некоторые мои воспоминания до сих пор скрыты от меня, Паг. Я помню, например, нашу первую встречу. Помню последнюю встречу с Накором, но не помню нашей первой беседы. Я почти ничего не помню о жене… или дочери, хотя знаю, что она у меня есть.
— Моя жена Миранда, — тихо сказал Паг.
Макрос кивнул, устремив взгляд на противоположную стену. В его глазах стояла боль.
— И это твоё наказание за гнев богов Мидкемии? — спросил Паг.
— Да, — ответил Макрос. — Я сражался с Мааргом, внезапно боль прекратилась, и я полетел навстречу белому свету. Затем оказался перед Лимс-Крагмой. — Он сделал паузу. — Ты бывал у неё?
— Дважды, — кивнул Паг. — Огромный зал с катафалками?
— Бесконечный, во всех направлениях. Мёртвые появлялись, отдыхали некоторое время, затем вставали и присоединялись к огромной очереди, где Лимс-Крагма судила их и направляла к следующему повороту Колеса Жизни. — Макрос снова вздохнул. — Но не меня.
— Я предстал перед ней, но пощажу тебя от подробностей нашей беседы, — сказал Макрос. — Как ты знаешь, я был тщеславным человеком, склонным считать себя важнее других. Я полагал, что моё суждение превыше любого иного.
Паг кивнул:
— Чаще всего ты оказывался прав. Томас никогда бы не пережил трансформацию доспехов Повелителя Драконов без твоего вмешательства. И кто знает, где бы оказался я.
— Это было незначительное прегрешение, — ответил Макрос. Он откинулся на скамье: — Я пытался стать богом, помнишь?
— Твоя попытка вознесения, когда тебя нашёл Накор? — уточнил Паг.
— Да. Когда я стремился ускорить возвращение Сарига, утраченного Бога Магии.
— И за это ты наказан?
— Более всего боги ненавидят гордыню. Они могут вдохновлять нас на великие дела, Паг, но без нашего благоговейного поклонения они увядают. Как мы могли бы поклоняться им, став подобными им?
— А… — произнёс Паг.
— Вот что ты должен знать. Всё остальное может подождать. Дасати нашли Келеван.
— Талной, — догадался Паг.
— Это имя лучше не упоминать — по причинам, которые я объясню позже, — сказал Макрос.
Он замолчал, словно собираясь с мыслями, затем продолжил:
— Всё связано, Паг. С самого начала. Ты слышал сказания о Войнах Хаоса?
— У Томаса есть воспоминания Ашен-Шугара, — ответил Паг.
— Помнит ли он триумф, когда Камень Жизни был спрятан, а Драконья Орда изгнана из Мидкемии?
