«Интересно, написал он мне письмо или нет? – подумала девушка. – Завтра непременно зайду на почту и поинтересуюсь. Впрочем, о чем это я, ведь завтра у нас воскресенье».
Она посмотрела на Владимира и неожиданно для него попросила его пригласить ее на танец. Они закружились в вальсе, и Нина в очередной раз почему-то представила, что танцует не с Владимиром, а с Николаем, который придерживая правой рукой за талию, уверенно вел ее в танце.
«Почему я все время думаю о нем? – подумала Нина. – Ведь мы с ним едва знакомы. Я даже не знаю, женат он или нет».
Музыка стихла. Владимир довел ее до скамеечки и присел рядом с ней.
– Нина, вы мне очень нравитесь. Жалко, что у вас есть жених, – произнес он и снова покраснел. – Вы, красивая девушка, и я, танцуя с вами, невольно позавидовал ему.
Нина промолчала. В этот момент она не знала, что ответить этому парню, одетому в форму курсанта. Сказать, что она пошутила, ей не хотелось, но и больше врать ей тоже было трудно.
– Володя, а разве нельзя просто дружить: уважать друг друга, помогать?
– Можно, – тихо отозвался он.
– Вот и давайте просто дружить.
Оркестр заиграл вальс «На сопках Манчжурии», и Владимир снова пригласил ее на танец.
***
Ночь не принесла ожидаемой прохлады, было по-прежнему жарко и душно. Смирнов лежал в высокой траве, прислушиваясь к лесному шуму. Рядом с ним, метрах в десяти от него, лежал Говоров. Хутор, о котором говорил ему чекист, находился рядом с ними. В свете полной луны отчетливо были видны дом и дорога, идущая от леса. В звенящей тишине ночи было слышно, как иногда, почувствовав кого-то, во дворе дома громко лаяла собака.
– Товарищ Говоров, вы слышите? – шепотом спросил Смирнов. – Как будто, движется телега.
Откуда-то из темноты доносилось позвякивание сбруи.
– Без моей команды не стрелять! – предупредил Геннадий Степанович.
Это приказание моментально пролетело по цепочке лежавших в траве бойцов. Скрип колес телеги то пропадал, то снова усиливался, и сейчас уже все понимали, что по дороге движется подвода, нагруженная чем-то тяжелым. Напряжение достигло апогея, когда из темноты леса показалась повозка, около которой шли четверо мужчин вооруженных винтовками.
– Нужно успеть выложить костры к четырем утра, – произнес один из них, одетый в пыльник. – Будем ждать груз.
– Разве, это проблема, Клим? – ответил тот, что был повыше остальных, и поправил ремень винтовки. – Прохор, наверняка, уже заготовил для этого хворост.
– Посмотрим. Он еще неделю назад жаловался на здоровье. Поэтому нужно успеть сделать все, что нам приказали.
Группа прошла метров сто и укрылась в тени придорожных кустов.
– Сходи, посмотри, что в доме, – раздался из темноты голос Клима.
– Почему я? – встревожено произнес кто-то из мужчин.
– Потому, что это не просьба, а приказ, – в голосе Клима ясно звучали металлические нотки. – Мне что, повторять дважды?
К дому метнулась тень, которая быстро растворилась в темноте. Прошло минут двадцать, прежде чем послышался крик филина. Как ни странно, собака, охранявшая дом, ни разу не тявкнула.
«Видимо, собака признала в нем своего», – подумал Смирнов.
От кустов отделилась телега и двинулась в сторону мазанки. Группа мужчин подошла к дому и стала быстро разгружать подводу. Из дома вышел хозяин в белом нижнем белье.
– Все готово? – спросил его Клим и поправил капюшон своего пыльника.
– Да, я все приготовил, как вы велели, – ответил хозяин дома.
– Тогда показывай, где это.
Мужчина скрылся в избе и вскоре вышел уже одетый, с винтовкой за спиной.
– Я готов, – произнес хозяин. – Пошли.
Все двинулись в сторону большой поляны неподалеку от хутора. Раньше ее использовали под посевы картофеля, но после того, как область вошла в состав СССР, потребность в выращивании картофеля для продажи отпала, и сейчас, поле заросло чертополохом и бурьяном.
– Вон там валежник, – пояснил мужчина, указав рукой на кромку леса.
Все направились к лесу. В этот момент Говоров дал команду и группа красноармейцев, используя темноту, двинулась за националистами.
– Раскладывайте вон там, там и там, – приказал Клим. – Времени почти нет! Что возитесь, словно беременные?!
Разложив сушняк в три кучи, мужики присели у небольшой копны сена. Вскоре на западе раздался шум авиационного мотора, который нарастал с каждой минутой.
– Летит, поджигай! – раздалась команда Клима.
Мужики вскочили и бросились к валежнику. Через пару минут на поляне вспыхнули три костра, выложенных в одну линию. Вскоре, над головами притаившихся красноармейцев закружил самолет.
– Товарищ Говоров, – толкнул его в бок Смирнов, – что будем делать?
– Ждать, лейтенант. Удача приходит к тому, кто умеет ждать.
В черном небе, словно куски ваты, покачиваясь из стороны в сторону, медленно опускались белые купола двух парашютов.
***
Парашютист быстро «загасил» купол своего парашюта и снял его. Затем сложил руки домиком и трижды прокричал филином. Его тут же окружили националисты.
– С прибытием, – поздоровался Клим.
– Здравствуй. Нужно срочно найти грузовой парашют. Там оружие и взрывчатка.
Националисты бросились в сторону леса, оставив парашютиста и Клима одних.
