– Как там за кордоном? Долго еще ждать?
– Там все нормально! – заверил парашютист, стаскивая комбинезон.
Стянув его, он расправил на себе форму офицера Красной Армии.
– Ну, как, похож? – коротко спросил он Клима.
– Внешне да. Если у вас все так же хорошо с документами, думаю, вопросов не будет.
Где-то в тишине раздались приглушенные голоса. Вскоре из глубины леса показались три мужские фигуры, тащившие парашют и тяжелый вещевой мешок. Они забросили мешок в телегу и в ожидании очередного приказания, посмотрели на Клима. Неожиданно парашютист вытащил из кобуры пистолет и уставился на кусты, за которыми скрывались красноармейцы.
– Ты больше никого с собой не привел? – спросил он Клима.
– Господь с вами, кого я мог привести?!
Николай взглянул на часы и посмотрел на Говорова. Но тот молчал, и это молчание было столь тягостным, что Смирнов готов был вскочить на ноги и бежать в сторону диверсантов, не дожидаясь приказа.
– Что-то случилось? – спросил парашютиста Клим. – Ты весь напрягся.
– Там кто-то в кустах, – ответил диверсант.
Николай понял, что засада обнаружена. Он передернул затвор пистолета.
– Сдавайтесь, вы окружены! – выкрикнул Говоров. – Сопротивление бесполезно!
Утреннюю тишину леса разорвала автоматная очередь, затем другая. Мужчина, направлявшийся в их сторону, взмахнул руками и повалился на землю, пропахшую разноцветьем трав. Бандиты открыли беспорядочный огонь по кустам. Рядом с Николаем зарокотал ручной пулемет, прижавший бандитов к земле.
С каждой минутой на поляне становилось все светлей и светлей. Под прикрытием огня националистов, парашютист начал медленно отползать в сторону хутора. Огонь пулемета отсек его от дома. В какой-то момент стрельба стихла. Каждая из сторон ждала, что предпримет противник.
– Сдавайтесь, вы окружены! Сопротивление бесполезно! – снова закричал Говоров.
Диверсант и бандиты молчали. Они хорошо понимали, что пройдет еще полчаса и станет совсем светло. И это было равносильно смерти, ведь они находились на открытом пространстве, простреливаемом со всех сторон.
– Сдавайтесь! – громко выкрикнул Смирнов.
В ответ прозвучала автоматная очередь. Пули впились в ствол вековой сосны, за которой укрылся Николай, так, что несколько крупных щепок отлетели в сторону.
– Вавилов, возьмите трех бойцов и обойдите их слева! – приказал сержанту Говоров.
Укрывшись за кустами, бойцы начали обходить диверсантов с фланга. Время шло, а диверсанты молчали. Николай терялся в догадках, с чем это было связано и кто кого обходит по флангам. Он посмотрел на часы: оказывается, прошло чуть больше пяти минут, а ему они показались вечностью! Наконец с фланга по диверсантам снова ударил пулемет…
– Не стреляйте, – послышался голос Клима. – Мы сдаемся!
– Бросайте оружие и медленно поднимайтесь!
С земли поднялись трое и подняли вверх руки.
– Отделение, взять всех на прицел! – приказал Говоров и направился в сторону диверсантов.
– Вавилов, соберите оружие! – скомандовал сержанту Смирнов.
Погрузив в подводу убитых бандитов и оружие, бойцы направились в сторону леса, где их ожидала полуторка.
***
Подвода медленно ползла по дороге.
– Лейтенант, – обратился к Николаю парашютист. – Я хочу поговорить с твоим начальником.
– Доставим вас в часть, там и поговорите.
– Смирнов! Ты это о чем шепчешься с диверсантом? – спросил Николая Говоров. – Ты знаешь, что вести разговоры с арестованными запрещено!
– Не знаю, Геннадий Степанович, я в конвойных войсках не служил! Он с вами хочет поговорить….
Говоров подошел к диверсанту.
– Так о чем вы хотели со мной говорить?
Тот бросил взгляд на Смирнова, как бы прося его отойти в сторону.
– Я офицер немецкой армии Ханс Хозер. Я лейтенант, служу в Абвере.
– И что?
– Я военнопленный, а не диверсант. Вы должны относиться ко мне иначе, чем к ним!
– Если это так, то почему вы оказались на нашей территории, ведь мы не воюем друг с другом? А, как же Пакт о ненападении?!
Диверсант засмеялся, посмотрев на Говорова, как педагог на школьника.
– Похоже, вы никогда не служили в разведке и не представляете, для чего подписываются подобные документы. Для победы многого не нужно, главное, чтобы враг поверил, что ты ему друг!
Говоров усмехнулся. Он начинал службу, как контрразведчик, и хорошо понимал, для кого и зачем был подписан этот межправительственный договор.
– На эту тему мы с вами поговорим в другом месте, – ответил Говоров…
Смирнов сидел в палатке и подшивал свежий подворотничок к гимнастерке.
– Давай, заканчивай! – поторопил его заглянувший в палатку Говоров. – Нас с тобой командир полка вызывает!
Николай перекусил зубами нитку и быстро натянул на себя гимнастерку. Надев ремень, он направился вслед за Геннадием Степановичем. Командир полка подполковник Истомин сидел за столом и с кем-то разговаривал по телефону. На большом столе, покрытом зеленым сукном, лежала развернутая карта. Лицо подполковника было сосредоточенным, похоже, он разговаривал с кем-то из больших начальников. Бросив взгляд на вошедших командиров, он, молча, указал им рукой на стулья. Наконец он закончил говорить и положил трубку на рычаг телефона.
