– Так я же демонстрировал способность подниматься в воздух, этого мало?
– Черти тоже могут высоко прыгать из болота и доставать зазевавшихся на берегу людей. – Авал поднял голову и, сверкнув глазами, посмотрел на переводчика. – Но черти не умеют долго летать. Я изучил вчерашние следы.
– Что за следы? – удивился Кремнев.
– Ты вчера принес в деревню убитых антилоп, а я утром пошел по твоим следам проверить.
– Что проверить, Авал? Зачем ты что-то проверяешь?
– Я… я… – зашмыгал носом пигмей, – я усомнился в тебе. Следы от твоей волокуши вели в лес и там, на полянке, обрывались. Выходит, что ты прилетел вместе с антилопами. Так как там других следов я не обнаружил, а эти антилопы ходят на водопой к ручью Тванг, то получается, что ты их добыл там. После по воздуху добрался до поселка и, срубив волокуши, вышел к нам. Я не понимаю, почему ты прямо в деревню не приземлился, другу бога видней, где садиться, но теперь я точно знаю, что ты не черт.
– Почему? – нахмурил лоб лейтенант.
– Черти не умеют долго летать, и они не приходят со стороны леса! Прости меня, белый брат! Извини, что усомнился в тебе, товарищ Миша! – Пигмей бухнулся возле Кремнева и схватил его за ноги.
Толпа довольно загудела.
– Встань! Встань немедленно! – Переводчик одним рывком поднял плачущего малыша на ноги. – Я не сержусь на тебя!
– Правда? – размазывая слезы по щекам, спросил Авал.
– Правда, правда! Я тебя прощаю! – во всеуслышание возвестил Кремнев и погладил пигмея по голове, как гладят детей.
– Товарищ Миша, я больше не стану в тебе сомневаться! – улыбнулся довольный Авал и вприпрыжку побежал в сторону дома.
– Товарищи пигмеи! – Михаил снова в индейском приветствии приложил правую руку к груди. – Хорошо, что вы верите мне! Сейчас надо закончить разделывать мясо, а после нам нужно поговорить о дальнейшей жизни. Я предлагаю, чтоб всем не толпиться, от каждой семьи избрать по одному представителю и собраться возле моего дома. Есть другие предложения?
– Нет! Хорошо! – послышались довольные голоса.
Кремнев засучил рукава и, вытащив боевой нож, принялся нарезать свиные туши на порции. Женщины едва успевали заворачивать отрезанные куски в траву габа, а мужчины относить в деревенский амбар, расположенный неподалеку.
Обычно амбар был пуст, только в особо удачные дни, когда везло на охоте, в него складывали излишки мяса и хранились кое-какие деликатесы. Высоко на жерди подвешивали добычу, чтоб грызуны и собаки не могли уничтожить еду. Сегодня жердей не хватило, пришлось Михаилу нарубить новых.
– Если так дело пойдет, надо новый амбар строить! – высказал вслух мысли сияющий Апомба. – Столько мяса у нас давно не было! Лет двадцать назад мы добыли слона, вот был праздник! А сейчас слоны откочевали на юг, и у нас мяса хватает на один раз покушать после охоты.
– Это дело поправимое! Амбар построить не проблема! Я вам другое что-то хочу предложить! – загадочно улыбнулся переводчик и внимательно посмотрел на Апомбу и других пигмеев, прислушавшихся к их разговору.
– Что? Что ты нам хочешь предложить? – насторожился старый балаец.
– Через час подходи к моему дому на собрание, там я вам все скажу!
Как задумал переводчик, не вышло. Пигмеи выбрали от каждой семьи по представителю, но на собрание пришло все население поселка, включая детей и собак. Казалось, яблоку негде упасть от собравшихся людей, как говорится, явка стопроцентная. Те, что оказались поближе к дому лейтенанта, уселись прямо на голую землю, дальние ряды остались стоять, вытянув шеи, напирая на передних. Дождавшись тишины, Михаил открыл собрание.
– Товарищи балайцы! – Кремнев встал во весь рост возле стены своей хижины, чтоб и задние ряды имели возможность не только видеть, но и хорошо слышать его. – Я собрал вас для того, чтоб предложить переселиться в другое место!
– Чего? Как переселиться? Куда? – Пигмеи недовольно зашумели.
– Куда нам переселяться? – выступил вперед Апомба. – Бала всегда жили в этих местах, возле озера Тванг. Тут мой отец жил, и дед, и прадед, мы тут с незапамятных времен обитаем. Зачем нам переселяться?
– Кто еще так думает, поднимите правую руку вверх! – предложил Михаил.
Большинство пигмеев вытянули над головой правую руку, кто-то, видимо перепутав, поднял левую.
– А теперь послушайте меня, что я вам скажу! Так дальше жить нельзя! Из поколения в поколение у вас происходит одно и то же: охота, еда, размножение! Все! Надо с этим кончать! Пора строить новую жизнь! Сами не желаете, так подумайте о детях!
– Нас все устраивает! Зачем нам что-то менять! К чему? – недовольно неслось со всех сторон.
– Тихо! – возвысил голос переводчик. – Дайте я сначала выскажусь, уж после начнете прения! Что это за жизнь? Вы даже не можете добывать огонь, не умеете обрабатывать металл, сажать овощи, тряпки и те у соседей меняете на шкуры и мясо по явно завышенной, спекулятивной цене. Пора самим все это производить! А я вам в этом окажу посильную помощь!
– Бала никогда не обрабатывали металл и не сажали овощи! Мы – охотники и собиратели меда и кореньев! – опять выступил вперед Апомба. – Тем более огонь ты нам дал!
