В общей сложности в этих епархиях было 800 католических священников, которые практически все были репрессированы, лишь несколько из них умерли естественной смертью. Некоторые закончили свою земную жизнь на рытье Беломоро-Балтийского канала, другие католические священники надорвались на строительстве железной дороги «Печора», гордости советской инженерной мысли. Эта дорога была использована для перевозки по ленд-лизу американских грузов во время Второй мировой войны. Много католических священников закончили свои дни на лесоповале в северных лесах вместе с политическими заключенными, приговоренными к принудительным работам. Многие католические священники провели свои последние дни плечом к плечу с православными и протестантскими священнослужителями в отдаленных районах, добывая золото, медь, железную руду и таким образом внося свой вклад в «советское экономическое развитие». Еще больше священников оказались на рыболовецких предприятиях, и многие умерли на этой неоплачиваемой тяжелой работе; такая практика позволяла советскому экспортному тресту конкурировать на международном рынке, обрушивая цены за счет продажи по демпинговым ценам.
Огромное количество священников всех вероисповеданий были осуждены на расстрел грозными тройками Ежова и Ягоды, двух предшественников Берии. Невозможно описать словами те испытания, которым подвергались священнослужители только за то, что оставались верны своему духовному долгу. Они могли бы избежать многих неслыханных страданий, если бы отказались от своего духовного сана и веры в Бога. Подавляющее большинство не сделали этого. Цена, которую они заплатили за это, известна только Богу.
Уже к середине 30-х годов во всем Советском Союзе у протестантов не осталось ни одной богословской школы, семинарии или обучающего центра. Факты подобного рода, почти неизвестные за пределами России, делают весьма сомнительными вдохновенные заявления советских священнослужителей, посетивших США в 1956 году. Так же было с евреями Белоруссии, Малороссии, Украины и Великороссии: синагоги и храмы исчезали один за другим, так же как и сами раввины, которые пытались, несмотря ни на что, сохранить древнееврейские традиции богослужения.
Летом 1956 года делегация из пяти иудейских раввинов США добилась разрешения посетить Россию. Это был первый официальный контакт американских раввинов с российскими братьями по вере за тридцать девять лет. Рассматривая его с точки зрения моего длительного опыта в СССР, я мог бы сказать, что отчеты этой еврейской делегации были самыми объективными и адекватными тому, что я сам наблюдал за эти долгие годы. Члены этой организации заслуживают особой похвалы за одно открытие: в Советском Союзе нет никакой возможности изучать не только законы Моисея и традиционную иудейскую религию, но и другие религии. Приехавшие раввины, к счастью, могли быть вполне независимыми благодаря своему языку: они говорили со своими людьми на иврите или на идише, не нуждаясь в сомнительной помощи переводчиков. Эти американские раввины проявили мудрость, отстранив всех прочих от своего общения.
И взрыв, произведенный их отчетами, стоил того, чтобы преодолеть 5000 миль от Америки до России.
Во время расцвета иностранного туризма в СССР перед началом Второй мировой войны в Армении была принята смягчающая политика в отношении армяно-григорианской Церкви, отличающейся от католичества армянского обряда. Католикосу, главе армяно-григорианской Церкви, была разрешена сравнительно свободная деятельность в Ереване. Иностранные туристы восхищались великолепием религиозных обрядов, при которых они присутствовали; их красноречивые переводчики сумели убедить какую-то часть туристов в том, что все разговоры о религиозных преследованиях являются клеветническими и сфабрикованы врагами Советского Союза. Таким образом, кремлевские атеисты извлекали большую выгоду из пропаганды за рубежом. Точно так же они делают и сейчас, когда принимают у себя клерикальные миссии и отправляют за рубеж свои собственные. И это было не единственной выгодой кремлевских лидеров, на мгновение приоткрывавших завесу перед огромной черной камерой — Советским Союзом, чтобы создать у иностранцев запланированное впечатление.
