На другой день владыка пригласил к себе Богословского. В точно назначенное время тот вошёл в кабинет и, сильно прихрамывая, подошел под благословение. Это был мужчина среднего роста с доброжелательным взглядом небольших серых глаз, высоким лбом, вьющимися волосами, и небольшой бородкой.
Владыка начал разговор с событий, происшедших год назад:
– Константин Александрович, вы здешний коренной житель и должны хорошо знать местных крестьян. Скажите, все эти прошлогодние беспорядки, возмущения крестьян были вызваны только закрытием торговли?
Константин Александрович некоторое время собирался с мыслями, теребя бородку. Он заговорил, сначала несколько волнуясь, но вскоре его голос обрёл привычный ритм опытного преподавателя.
– Нет, Ваше Преосвященство, не только из-за торговли. Смиренный севернорусский крестьянин не станет из-за этого жечь книги, избивать семинаристов и гимназистов. Есть нечто другое, что заставило толпу обезуметь от ярости. Это оскорбление Царя, что для крестьянина равносильно оскорблению святыни, и поэтому воспринималось очень болезненно. А люди, совершившие святотатство, воспринимаются как чужаки, как враги. К таким людям испытывают отвращение и страх, а это, в свою очередь, порождает жестокость и агрессию.
– Да, вы правы. Имя царя для простого народа свято. Всегда бунтовщики, чтобы привлечь народ, объявляли себя наследниками престола. И Лжедмитрий, и Разин, и Пугачёв. Они понимали, что против царя народ бунтовать не будет… Да, не будет, – повторил владыка и задумался. – Если только его не собьют с толку, не подорвут веру в царя.
Владыка ещё раз внимательно посмотрел на своего собеседника.
– Константин Александрович, я хочу вам предложить место смотрителя Великоустюжского духовного училища.
На лице собеседника отразилось удивление.
– Но, Ваше Преосвященство, насколько я знаю, на этой должности должен быть священник.
– Да, таково требование Синода. Но, я думаю, вы достойны священного сана.
– Видите ли, владыка, у меня серьёзный физический недостаток – врождённый подвывих бедра. Я сильно хромаю, и это неизлечимо. Потому мне до сих пор и не предлагали принять духовный сан.
– Да, я понимаю, но думаю, что эта хромота не помешает вам служить Литургию.
5 июня 1907 года вышел указ Синода, по которому Константин Александрович назначался на должность смотрителя Великоустюжского училища. 30 июля 1907 года К. А. Богословский был рукоположен епископом Никоном в сан диакона, а 1 августа – в сан иерея.
– Ну, я пошел, оставайтесь с Богом, – говорил Павел своей жене, уходя поутру на работу. Был конец февраля, но на дворе стояла настоящая зима, и Павел, как всегда, надел валенки и овчинный тулуп.
– Придешь сегодня обедать? – спрашивала Татьяна.
– Приду, скорее всего. Кажется, сегодня никуда ехать не надо.
По полу зашлепали босые детские ножки, из комнатки выскочил старший сын, восьмилетний Гриша:
– Тятя, можно я приду к тебе в кузню?
Еще один, уже совсем тонкий голосок, послышался из-за полуоткрытых дверей:
– И я тозе хотю в кузню. Хотю мехи катять.
Это проснулся младший сын, пятилетний Ваня.
