Она наклонилась к окну и вдруг что-то ощутила. Какую-то перемену. Возможно, легкое изменение давления, или едва уловимый звук, или запах. Может быть, слабый запах антисептика, заставивший Ди со скоростью, которой она сама от себя не ожидала, присесть на корточки и обернуться. Когда к ней вернулось что-то, напоминающее поле зрения, она обнаружила, что ее пистолет направлен прямо на тело.
А тело, в свою очередь, направляет пистолет на нее.
Позади тела – открытая дверь в гардеробную. Пистолеты слегка подрагивали в руках, но сомнений в том, что каждый из них может произвести смертельный залп, не было.
Время остановилось.
В нерешительном бледном свете медленно опустилась пылинка. Промелькнула где-то на периферии поля зрения. Проводив ее взглядом, Ди произнесла хрипловатым голосом:
– Признайся, что не принимала душ с тех пор, как покинула больницу.
Тело за кухонной дверью слегка дернулось, не опуская пистолета.
– Что?
– Ты переоделась, – продолжала Ди, все так же держа оружие на взводе, – Но душ не приняла. От тебя по-прежнему пахнет больницей.
– Мне слишком многое пришлось пережить, – сказала Молли Блум.
– Может быть, опустим пистолеты? – предложила Ди.
– Сначала ты, – ответила Блум.
– Я не знаю, чего от тебя можно ожидать, – сказала Ди, по-прежнему держа пистолет наготове.
– И при этом ты несколько дней сидела у моей постели, – заметила Блум.
– Ты же была без сознания, черт возьми! – воскликнула Ди. – Ни за что не поверю, что ты притворялась. Не настолько ты хорошая актриса.
– Ты понятия не имеешь, какая я актриса, – ответила Блум. – Нет, я прочитала в журнале у охранника.
– А я думала, охранник в основном спит, – сказала Ди и опустила пистолет.
Молли Блум сделала то же самое.
Они долго смотрели друг на друга.
– Нам, наверное, следовало бы обняться, – произнесла наконец Ди.
– Вы меня спасли? – спросила Блум, не убирая пистолет. – Пришли в ту заснеженную избушку и вытащили меня?
– Ты сама себя спасла, – сказала Ди, также не торопясь убрать оружие. – Мы опоздали на несколько минут. Но мы вызвали вертолет скорой помощи и подняли тебя. Я поехала с тобой. Тебе оказали помощь. Ты лежала в коме. А тут вдруг не только пришла в сознание, но и оказалась достаточно бодрой и ловкой для того, чтобы поменяться местами с покойницей по имени Ханна Дунберг.
– Ханна Дунберг?
– Судя по имеющимся у меня сведениям, да. Так что произошло?
– Я очнулась. Поняла, что мне надо уходить. Нашла выход из ситуации. Ничего странного.
– Хотя ты лежала в коме, за тебя дышал респиратор. Ты была на волоске от смерти.
– Разве это не естественное для меня состояние?
Ди помолчала. Она рассматривала Блум, пыталась охватить взглядом весь ее образ. Новая одежда, это да, обувь на высокой платформе, кожаная куртка в заклепках – безумная готическая одежда, никак не вяжущаяся с имиджем Молли Блум. Только что купленная? Значит, она и домой не заходила? Почему? Потому что ее разыскивают? Потому что она знала, что ее разыскивают? Значит, она что-то помнит. Вопрос в том, насколько много. Ди заговорила, тщательно взвешивая слова:
– Ты заглядывала в журнал охранника. Журнал висел прямо у него за спиной. А врачебный журнал ты тоже смотрела?
Бесстрастное выражение впервые изменило Молли. Брови быстро взметнулись вверх – скепсис, любопытство. Кажется, Ди зашла не с той стороны.
– Что ты хочешь сказать? – спросила Блум.
– Ты знаешь, что я навещала тебя в больнице, но что тебе самой известно о твоем состоянии? Ты знаешь, насколько ты больна?
– Думаю, знаю. Я очнулась, почувствовала себя здоровой и ушла.
Ди мысленно выдохнула. Значит, ничего лишнего она не сказала. Блум ничего не знает о своей беременности. А сейчас вряд ли подходящий момент для такой судьбоносной новости. Только не сейчас.
– И вот ты здесь, – произнесла Ди, обводя руками темную квартиру, и засунула пистолет в кобуру.
Блум посмотрела на нее и сделала то же самое.
– Да, – ответила она. – Теперь я здесь.
– В квартире Сэма Бергера, – уточнила Ди. – Почему?
– Я погуглила, – сказала Блум. – Он находится в розыске. В государственном розыске. Он убил того, кто пытался убить меня.
– Ты прекрасно знаешь, что Бергер его не убивал.
– Вот именно. Поэтому я и здесь.
– Ты хочешь его разыскать?
– Или хотя бы выяснить, что происходит.
– Это ты опустила жалюзи? – спросила Ди. – Ты погрузила квартиру в темноту и вытащила все из ящиков комода?
– Я тебя о том же собиралась спросить.
– Значит, СЭПО? – Ди глубоко вздохнула. – Вот откуда эта неожиданно упавшая вилка. Но почему они не замели следы?
– Это была ложка, – поправила Молли и, кажется, слегка улыбнулась.
– Внутренний отдел допрашивал меня пару дней, – сказала Ди. – Они хотели знать мельчайшие подробности о той операции внутри страны. Но их не очень волнует, где находится Сэм. Что наводит меня на мысль о том, что тут замешана Служба госбезопасности. А ты из СЭПО, Молли. Ты понимаешь, о чем идет речь.
– Меня как раз и тревожит то, что я должна бы это понимать, – ответила Блум.
– И поэтому ты пришла сюда?
– Да, чтобы попытаться найти Сэма.
