Самое ужасное в моей работе, Сэм, это то, что мне приходится все время скрывать чувства. Теперь, зная так много, ты, полагаю, можешь представить, что я чувствовал, когда ты не так давно написал на снегу текст, в котором была перечеркнутая буква М. Мы встретились в лодочном домике, ты попросил меня посодействовать операции по спасению, я поручил это моему лучшему сотруднику, в частности, потому, что знал, что он тоже имеет прямое отношение к Молли, нашей перечеркнутой М. Скорее всего, у него был сильнейший мотив для того, чтобы помочь тебе спасти ее.
Этим человеком был Карстен.
Насколько я понимаю, он действительно способствовал спасению Молли, но она впала в кому. Одновременно с этим до меня дошло, что Карстен – крот. Предатель. Государственный изменник. Это казалось слишком ужасным, чтобы быть правдой.
Тут речь идет о семье, Сэм, о близких людях, о том, что будешь вспоминать, лежа на смертном одре. Все это так тонко и деликатно. И в нашей профессии тоже.
Не знаю, очнулась ли Молли, мне остается лишь надеяться на это. Она моя дочь, Сэм, хоть и не родная, и твой долг – беречь ее гораздо лучше, чем это делал я. Она – будущая мать твоего ребенка, и, если я умру в этом сраном подвале, а Молли никогда не выйдет из комы, я рассчитываю на то, что ты, Сэм Бергер, позаботишься о ее ребенке, моем внуке, так же, как ты заботился о своих детях.
Нет, лучше.
Намного лучше, Сэм, чем ты заботился о своих близнецах Маркусе и Оскаре.
Ключевая фигура в организации, созданной Исли Врапи – французский адвокат по имени Жан Бабино. Очень энергичный и успешный юрист, который сделал состояние на защите самых сомнительных организаций, какие только можно себе представить, – а значит, человек отнюдь не публичный.
Но кто он такой на самом деле?
Кто этот Жан Бабино?
Проведя подробное расследование, я выяснил все мельчайшие подробности его личной жизни, которые могли оказаться полезными. Мои русские друзья должны были остаться довольны, а я получил бы свою виллу на острове Мёя, вышел бы на пенсию и наслаждался бы своей чудесной привилегированной жизнью.
Оказалось, что семья Бабино – из Швеции. Он встретил одну шведку и перевез ее вместе с ее детьми, близнецами, во Францию. Только потом я понял, что покинутый муж и отец был шведским полицейским.
Речь шла о твоей семье, Сэм. О твоей бывшей семье.
Через тебя у меня открылся бы прямой выход на Жана Бабино и его личную жизнь. Ты был тем семенем, которое я бросил в землю, Сэм.
Теперь, полагаю, я завладел твоим вниманием, Сэм.
Думаю, ты жаждешь продолжения.
