Дело с телеграфным сообщением обстоит так же плохо, как и с почтой, с тою, однако, характерной особенностью, что здесь до последнего времени частных телеграмм или вовсе не принимали, или принимали с отметкой "будет отправлена при случае". Иными словами, из частного оборота телеграф, как средство сообщения, был почти совсем изъят. Казенные учреждения в отношении пользования телеграфом поставлены не в одинаковые условия. Преимущественное право на него имеют военные учреждения, Чека и краевые центры, т. е. именно представители твердой власти, о которых я говорил выше. Кроме того, они также имеют право разговора по прямому проводу, о чем вещают широко выданные им из центра мандаты. Что же касается прочих учреждений, то и их телеграммы сплошь и рядом постигает та же участь, что и частных лиц, т. е. они идут почтой и доставляются донельзя искаженными. Никакие прокладки новых кабельных линий и постановки добавочных аппаратов не помогают делу. Почтель по-прежнему сетует на перегруженность телеграфной сети и начинает издавать своеобразные распоряжения о сокращении телеграфной корреспонденции, вроде следующей меры, осуществленной в Ростове. Дается известное число телеграфных слов на местное учреждение, в зависимости от степени его значения. Предположим — 500 слов. Это значит, что общее количество слов, отправленных за день телеграмм этим учреждением, не должно превышать 500. Учреждение, в свою очередь, вынуждено разверстывать это количество слов между своими отделами, в зависимости от значения их; отделы распределяют причитающееся на них количество слов далее, и получаются в результате такие курьезы, что какой-нибудь подотдел может отправить телеграмму в количестве не более 2—5 слов в день. Недостаток бумаги сказывается и в телеграфном деле. Нет бумаги для телеграфных лент, нет бумаги для телеграммных бланков. Из-за недостатка бумаги телеграммы пишутся на чем ни попало: на всевозможных обрывках бумаги, уже использованной раньше.
Более известно всему миру советское телеграфирование без проводов. Чичеринские радио "Всем, всем, всем!" — общеизвестны. Но радио является одновременно для коммунистов и могучим аппаратом управления страной, так как создает легкую возможность сноситься с окраинами и быстро передавать главнейшие распоряжения. По радио вся России получает и телеграммы, которые из центра рассылаются для информирования провинции о международных событиях. Этим "врадио", как их зовут в Совдепии, мало верят, но все понимают, какую большую выгоду они приносят советской власти.
Телефонная сеть в городах прибрана коммунистами к рукам путем реквизиции и отнятия телефонов от частных владельцев. Далеко не все прежние их владельцы сумели вовремя откупиться от уполномоченных для проверки необходимости этим лицам телефонов сотрудников коммунхоза и таким образом лишились телефона. Не приходится и говорить, что телефонные разговоры подслушиваются, и что всякая неосторожно произнесенная фраза может служить поводом для вызова в Чеку. При наличии вакханалии в смене одного советского учреждения другим и переезда учреждений из одного здания в другое, номера телефонов сплошь и рядом перепутываются, и пользоваться телефонами довольно трудно, тем более, что нигде в Совдепии не напечатаны еще списки новых абонентов. Междугородное телефонное сообщение тоже пришло в упадок и служит преимущественно опять-таки для государственных целей. Ввиду всего изложенного, читая преподносимые в газетах измышления о мнимых изобретениях и усовершенствованиях в телефонном деле, увеличивающих силу звука и содействующих применению телефонов в широких массах населения, советские граждане только улыбаются, зная, что сведения эти рассчитаны только на неосведомленных об истинном положении дела иностранцев.
Если в других местах этой работы можно почти совсем обойтись без цифр, то для изображения глубины развала русской промышленности все же придется прибегнуть к некоторым статистическим данным. Данные эти представляются довольно пестрыми и переменчивыми. Например, сведения, которые для народного хозяйства были верны на 1 января 1921 года, являются совершенно неубедительными, а иногда прямо даже противоположными для характеристики советского хозяйства через полгода. Однако некоторые общие отличительные черты можно найти и здесь для приблизительного очерка современного положения промышленности в России. В изложении, конечно, придется отделить крупную промышленность от ремесленной и от кустарной и отдельно остановиться на сельском хозяйстве и соприкасающихся с ним отраслях народного хозяйства.
