Близнецы Фил и Диана и их мать Глэсс приехали из-за океана и поселились в доставшееся им по наследству поместье Визибл. Они – предмет обсуждения и осуждения всей округи. Причин – море: сейчас Глэсс всего тридцать четыре, а её детям – по семнадцать; Фил долгое время дружил со странным мальчишкой со взглядом серийного убийцы; Диана однажды ранила в руку местного хулигана по кличке Обломок, да ещё как – стрелой, выпущенной из лука!Но постепенно Фил понимает: у каждого жителя этого маленького городка – свои секреты, свои проблемы, свои причины стать изгоем. День за днём покровы тайн снимаются, и юноша видит окружающую действительность всё более сложной, неоднозначной. Быть может, принятие этой неоднозначности и есть взросление? Или взросление – в том, чтобы разобраться, где же находится центр твоей Вселенной?Роман Андреаса Штайнхёфеля «В центре Вселенной», опубликованный в Германии в 1998 году, стал на родине писателя классикой young adult – текстом, с которым знаком всякий думающий читатель 18–25 лет.Серия «YA» (young adults) продолжает любимую читателями «КомпасГида» коллекцию «Поколение www.». В начале 2010-х она стала широко известна благодаря таким обсуждаемым романам, как «Скажи, Красная Шапочка» Беате Терезы Ханики и «Притворяясь мёртвым» Стефана Касты. «YA» объединяет книги, которые могли быть написаны только в наши дни, – острые, дерзкие, злободневные романы-вызовы для читателей от 16 и старше. Оформил серию известный дизайнер, сооснователь фестиваля Typomania Александр Васин.Андреас Штайнхёфель (родился в 1962 году) – обладатель множества престижных международных премий, включая премию имени Эриха Кестнера. Его произведения включены в Почетный список Международного совета по детской литературе (IBBY). А роман «В центре Вселенной» оценило юношеское жюри в Австрии, он также был удостоен премии «Букстехудский бык», которую в разные годы получали Джон Грин, Джон Бойн, Гудрун Паузеванг и другие авторы.
Copyright text © 1998 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg
Originally published in Germany under the title DIE MITTE DER WELT
All rights reserved
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2018
То ли колодец был действительно уж очень глубокий, то ли летела Алиса уж очень не спеша, но только вскоре выяснилось, что теперь у нее времени вволю и для того, чтобы осмотреться кругом, и для того, чтобы подумать, что ее ждет впереди.
Зато нипочем нельзя было определить того, что творилось на том берегу, далеко-далеко: у того не было названия и не было отчетливого цвета и точных очертаний.
Промозглым апрельским утром, сжав в левой руке ручку обтрепанного кожаного чемодана, а в правой – перила трапа, шатавшегося из стороны в сторону, Глэсс поднялась на борт трансатлантического гиганта, дремавшего в гавани Бостона перед отплытием к берегам Европы. По пирсу сновали люди, волны с шумом бились об причал, а в воздухе повис резкий, до тошноты неприятный запах жженой смолы и тухнущей рыбы. Глэсс запрокинула голову и, сощурившись, посмотрела на пухнущие от влаги тучи, сгущавшиеся над побережьем Массачусетса. Моросящий дождь заставлял ее трепыхавшееся на ветру пальто липнуть к невероятно тощим лодыжкам. Глэсс было семнадцать лет, и она была на девятом месяце.
С причала раздались прощальные возгласы, в воздухе затрепетали пятна белых платочков, в сердце лайнера пробудился и заурчал мотор. Среди аморфной массы толпы, машущей на прощание родным и близким, маленький мальчик поднял руку к небу. Над ним, высоко вверху, сновали чайки, мельтешащие, как листовки на параде ко Дню независимости. Этот невинный жест чуть было не заставил ее бросить все и остаться дома. В Америке. Но лайнер, внезапно вздрогнув и заспешив, с болезненным и протяжным гудком оторвался от причала и повернулся к открытому морю, глубоко врезаясь в водную гладь. Глэсс повернулась спиной к Массачусетсу. Она никогда не оборачивалась назад.
В течение последующих дней другие пассажиры постоянно видели девочку, стоявшую на корме корабля, прижав неестественно огромный живот к поручню, и неотрывно смотревшую вдаль. Никто не решался подойти к ней и заговорить, а она с присущим ей упорством не подавала виду, что вокруг нее шепчутся и бросают на нее любопытствующие взгляды.
Через неделю после того, как Глэсс навсегда покинула Америку, она почувствовала на языке солоноватый привкус водорослей. В полдень восьмого дня она ступила на берег Старого Света. Еще несколько часов земля под ногами шаталась из стороны в сторону. С корабля она послала Стелле множество телеграмм о том, что едет в Визибл и останется у нее на неопределенное время. Старшая сестра, которую Глэсс не видела с раннего детства, но при этом исправно писавшая вплоть до прошлого месяца, ничего не ответила. Что ж, с этим ничего нельзя было поделать. Глэсс не для того проделала тысячи миль, чтобы на таком сроке возвращаться ни с чем.
