— Не совсем, — изображает девушка грусть. — Мой кавалер всячески мешает мне. Если бы знала, что тут будет такой официант, пришла бы без сопровождения.
Негромко усмехаюсь. Аня себе не изменяет: болтает обо всем и ни о чем. Было забавно, когда она пыталась флиртовать со мной. Но забавно это кажется только сейчас, спустя время, тогда мне это не понравилось. Да и мне было не до нее, меня зацепила ее сестра.
Снова нахожу Вику глазами. Та пара уже ушла, но, к сожалению, к ней и Полине (спасибо, что не оставляет их наедине) подошел Марк. Я хмурюсь, смотря, как он говорит им что-то, улыбаясь фальшивее всех в этом зале. Вика же смотрит на него с вызовом. Мы с ней одинаково сильно хотим надрать ему зад. В ней заметна неуверенность. Марк, можешь сдаваться сразу, ты здесь лишний и никому ненужный игрок. Как приятно это прозвучало в моей голове.
Мне становится мерзко от того, что Марк приобнял Вику, поцеловав в волосы. Он отходит, пока Вика недовольно и с неприязнью смотрит ему вслед вместе с Полиной.
— Вика всегда думает о других больше, чем о себе самой, — отрывает меня от наблюдений за этой картиной Аня. Я поворачиваюсь к девушке. Возможно, еще секунда и я рванул бы бить этому Марку морду.
— О чем ты?
Аня больше не улыбается во все тридцать два зуба. Ее улыбка стала менее яркой, но более теплой, в некотором смысле грустной.
— Она очень умная и всегда такой была. Только вот пытается всем угодить и забывает про себя, от этого все ее проблемы.
Больше спрятавшись за стеной, я пытаюсь понять, зачем она мне все это говорит. К чему это все?
— Он заставлял ее выбирать, — Аня ведет плечом, заметно погрустнев. — Выбирать между семьей и собственной свободой. Он всегда знает, где надавить, — она ненадолго морщится, будто съела что-то очень кислое.
— И что она выбрала? — Спрашиваю я. Аня задумывается, постукивая указательным пальцем в уголок губ.
— Трудно сказать. Скорее, она выбрала альтернативный, третий вариант, — она облизывает губы и снова улыбается. — Вооружиться и пойти в контратаку. Получается, она выбрала семью, нос другим развитием событий. И мы, естественно, на ее стороне. Здесь справиться в одиночку невозможно, — пожимает плечами она и, поднося экран телефона к лицу, использует его как зеркало. — А еще я рада, что ты тоже с ней. И за нее, — она убирает телефон и смотрит на меня. — Понимаешь, ей нужен тот, с кем она будет себя чувствовать под защитой как дома. Чувство безопасности и свободы поможет наконец-то ей понять, что ей на самом деле нужно. Подумать о себе.
Я улыбаюсь в ответ, прекрасно понимая, что Аня имеет в виду. Вика может думать о детях, которые остались без родителей, о своих собственных родителях и их проблемах, пытаться узнать что-то о моих личных загонах. Говоря, что я мало рассказываю о себе, она сама остается для меня загадкой. Да, я знаю много о ней, но мне бы хотелось узнать больше мелочей: мечты, желания, предпочтения. Детали.
— Ладно, дам тебе совет, — вздыхает Аня, которая точно не откажется просто говорить и говорить, совсем неважно о чем. — На самом деле, насколько бы Вика не казалась сложной, завоевать ее очень просто, — девушка улыбается и начинается загибать пальцы. — Дима Билан (любовь с детства, не думай даже слова плохого о нем сказать), конфеты «Тоффи» и… — задумывается она, — ах да, и живая музыка, — подмигивает и хихикает.
— Очень интересный набор, — я не могу сдержать улыбки, удивленно приподнимая бровь.
— Каждому свое, — девушка пожимает плечами. О таких предпочтениях я и говорил, это здорово.
— К сожалению, надо возвращаться к своему ненаглядному, — с явным сарказмом в голосе говорит Аня. Я смотрю на часы: мать твою, я слишком долго уже тут, нельзя рисковать.
— Да, ты права, я тоже пойду.
— Правильно, а то Марк увидит тебя и все провалится.
— Значит, он меня знает? — Я подозревал что-то подобное, иначе он бы мне не звонил.
Аня только кивает и, помахав рукой, уходит, оставляя меня одного. Прокручивая в голове наш диалог, еще раз улыбаюсь. Я не зря пробрался сюда.
Нахожу глазами Марка, которому сейчас не до меня. И ухожу сам из зала, затем с кухни, параллельно снимая жилетку и бабочку. Оставляю вещи на первом попавшемся свободном столе и выбегаю, несмотря на недовольные возгласы работающих здесь людей. Простите, ребята, я ведь вам говорил, что я здесь по делу. Мне нужно было увидеть Викторию Алексеевну. Девушку, которая любит музыку, орешки кешью, спать на диване и которая преданно любит свою семью. Девушку, которая безумно дорога мне.
Я его видела, определенно точно я видела Сашу. Это не было видением. Не могу определиться, принесло это мне сил или добавило еще больше нервозности, но он тут был. Хотя я и не просила.
Марк говорит речь, но я его не слушаю. Там все очевидно: он в сотый раз для народа и в первый раз вживую перед этим народом говорит о нашей помолвке. Я жду, когда сама смогу вставить слово или, точнее, поставить точку, сказать абсолютно противоположное.
