Приподнимаю одну бровь в смятении. Я хотела забыть этот самый факт и чувство стыда при нем, но, видимо, для Саши это мало значит. Как же у него все просто. И ему нравится общаться со мной, но зачем, если он может заполучить любую?
— Нравится общаться? — Произношу тише, чем говорила до этого. Слегка мотаю головой, потому что не понимаю. Не понимаю, какую игру он затеял. Сначала он такой, а потом все снова повторится, дело времени. Умеет ли он по-настоящему разделять секс и общение?
— Да, — пожимает Саша плечами. — Может, я жду еще одного твоего урока на гитаре, — усмехается он, явно пытаясь смягчить ситуацию.
— Так и знала, что ты меня используешь ради этого, — робко смеюсь. И все равно не выходят из головы его слова.
Поджимаю губы, смотря на город. Почему он со мной общается, почему я с ним общаюсь? Мы не просто видели друг друга голыми, мы же переспали без всяких церемоний и имен. Эту кашу, видимо, я буду разгребать все наше знакомство.
Да, по факту, что он сделал мне плохого? Внутри что-то щемит от воспоминаний. Он помог мне с больной шеей, даже сходив в магазин, никогда не бывает сильно настойчивым, не дал сегодня тому парню завершить начатое. Что уж тут говорить, Саша без вопросов занялся со мной сексом, когда я этого хотела. А я хотела?
Как бы то ни было, он не отказал. Мне до сих пор немного стыдно, но морально… я стала как-то проще все воспринимать. Свободнее себя чувствовать, делать все так, как я чувствую. Может, тогда я перешла ту грань, за которую мне теперь не вернуться? Смогу ли я справиться с этой ответственностью? Конечно, есть негативная сторона, если говорить о последствиях. Я запуталась и поняла, что совершенно не знаю, куда я иду, какова моя цель, желаемый конечный результат. Может, все то, что сейчас у меня есть, все то, что я приобрела, кажется не тем, что мне действительно нужно.
— Ты здесь? — Отвлекает меня из раздумий Саша. Сразу же поворачиваюсь к нему: он слегка наклонил голову набок.
— Да, ты что-то говорил?
— Нет, — улыбается он. — Хочешь потанцевать? — Встает и подает мне руку.
— Здесь?
— Почему нет?
Еще секунду смотрю на него. Музыку слышно очень слабо, но кажется, она стала спокойной. Неужели медленный танец?
Надеваю обратно туфли и встаю, ухватившись за его руку. Пройдя чуть дальше от лавочки, он притягивает меня к себе за талию. Я откидываю волосы назад и хватаюсь за его шею. Мы медленно двигаемся, переступая с ноги на ногу. И все-таки я определилась, в чем он выглядит красивее всего: в рубашке.
— Кем ты хотел стать в детстве? — Спрашиваю я через мгновение, вспомнив школьный вальс и подростковое время. Саша ненадолго задумывает и затем снова смотрит мне в глаза. Из-за моих каблуков держать контакт глазами стало гораздо удобнее.
— Я хотел быть как отец, — я слегка прищуриваюсь. — Хотел быть во всем похожим на него.
— А это каким?
— Он был гонщиком, — расплывается Саша в улыбке. Непроизвольно повторяю за ним его мимику. — Не шибко знаменитым, но в нашей области вполне. Он всегда был жизнерадостным, много шутил и вообще… был замечательным отцом.
— Почему был?
— Ну, — заминается он. — Мои родители развелись, — он проводит рукой по своей шее и возвращает ее ко мне на талию. Приподнимаю брови. Развелись?
— Извини, если это неприятная тема.
— Все нормально, я смутно его помню.
Возможно, это тоже как-то повлияло на его образ жизни, а может, и нет. Я просто обхватываю Сашу за торс и прижимаюсь к груди, а он соединяет свои руки у меня на спине. В люом случае, мне хотелось бы смягчитя его воспоминание.
Стало как-то не по себе. Грустно и печально. Детям постоянно приходится переносить не только свои разочарования и беды, но и родительские. Закрываю глаза, вдыхая вкусный запах его одеколона. И тут же различаю едва уловимый запах сигарет. На что бы перевести тему?
— Но ты же сыграешь мне на гитаре? — Решаюсь я задать вопрос и поднимаю голову, когда слышу его смех. Что я такого сказала?
— Сыграю, раз твоей игры не дождешься.
Смеюсь и прикусываю губу. Боюсь, пока я выучу хотя бы одну мелодию, пройдет целая вечность.
— Как насчет завтра? — Это я только что его пригласила или кто-то другой произнес?
— Завтра… я буду занят, — киваю в знак понимания. — Может, на следующей неделе?
— Да, конечно, — еще один кивок.
— Отлично.
Какая у него приятная улыбка. А глаза? И где раньше они были, так он еще никогда не смотрел. Опять уловка? Не хочу думать, что это так. Он рассказал о своей семье, пускай не в подробностях, но и это я ценю. Может, он неидеальный, но сейчас. Он будто и не он. Он — только то, что я вижу сейчас прямо здесь, в эту секунду.
Прошлое… иногда, может, не стоит его помнить? Существует ли шанс, что настоящее перекрывает все прошедшие события и поступки? И какая мне разница, если сейчас мы здесь, он и я. Его губы, глаза. Они все ближе, а сердце замирает все сильнее. Странное чувство в животе, необычная легкость ног. Еще ближе. Один сантиметр.
