Он отвернулся и, не добавив ни слова, ушел.
Викторию насторожило его замечание. А угрожающий тон, каким оно было высказано, и вовсе не предвещал ничего хорошего. Кажется, этот человек все же подозревает ее в воровстве.
Софи стремительно подошла к ней:
– Виктория, я понятия не имела, что ты находишься здесь.
– Мне так неловко. Поверь, это простая случайность, у меня и в мыслях не было подслушивать ваш разговор. А ты, оказывается, знакома с лордом Сомертоном? Я не знала. Он твой клиент?
Софи имела в свете репутацию превосходной свахи. Очевидно, Сомертон подыскивает себе жену.
– Нет, он не клиент, – без всякого выражения ответила Софи. – Мы познакомились много лет назад.
Виктория ожидала продолжения, но его не последовало. Они вошли в гостиную. Усадив подругу, Софи расположилась в кресле с высокой спинкой и спросила:
– Итак, что привело тебя сегодня ко мне?
– Я нуждаюсь в твоей помощи, – медленно начала Виктория с твердым намерением выяснить, является ли красавец, только что почти в открытую угрожавший ей, тем самым мужчиной из ее воспоминаний. – Очень давно в моей жизни был один человек.
– И он не был истинным джентльменом, не так ли?
Виктория нахмурилась и посмотрела на подругу. Может ли Софи знать подробности той давней истории?
– Нет, он джентльмен, только повел себя не по-джентльменски. Я не уверена, но, боюсь, наши пути вновь пересеклись, и очень надеюсь на тебя. Не могла бы ты подсказать мне, так ли это?
Софи помолчала, прикусив нижнюю губу, затем слегка подалась вперед и сжала руку Виктории:
– Да, так. Думаю, в глубине души ты уже сама это знала, не правда ли?
Викторию вновь охватила дрожь.
– Известно ли ему, кто я? И тебе? Софи кивнула:
– Я знаю, что ты не Виктория Ситон.
Виктория в ужасе прижала ладонь к губам. Все, о чем она пыталась забыть долгие десять лет, внезапно снова обрушилось на нее. Необходимо решить, каким образом ей предстоит выпутываться из беды.
– Известно ли ему, кто я? – повторила она.
– Да, – очень тихо ответила Софи. – Виктория, мне кажется, он не причинит тебе вреда. Думаю, он хотел бы попросить у тебя прощения за то, что когда-то совершил.
– Тебе удалось заглянуть в мое прошлое? Софи откинулась на спинку кресла:
– Полагаю, у вас с тем мужчиной была лишь мимолетная связь. А потом тебе удалось каким-то образом раздобыть денег, сменить имя и открыть приют для сирот.
– Это все, что ты знаешь? – спросила Виктория.
– Я знаю твое настоящее имя – Энн Смит. И еще я знаю, кто тот человек, который так дурно с тобой обошелся.
Виктория уставилась на ковер с цветочным узором.
– Это лорд Сомертон, не так ли?
– Разве ты его не узнала?
– Тогда он сказал только, что его зовут Тони. И выглядел совсем по-другому. Его волосы были длиннее и светлее. И сам он казался более мягким и добрым.
– Сомертон? Мягкий и добрый? – недоверчиво переспросила Софи. – Я знакома с ним девять лет и никогда не сказала бы о нем подобных слов. Это самый жесткий человек из всех, кого я когда-либо знала. Да для него, кажется, и вовсе нет ничего святого. Он ни перед чем не остановится, чтобы добиться того, что ему нужно… или просто хочется.
Сомертон в описании Софи совершенно не походил на молодого человека, которого помнила Виктория. Тот юноша был едва ли не единственным джентльменом, который здоровался с ней, когда она на улице торговала апельсинами. И он улыбался ей, причем без всякой сальности, как другие. Разве может человек так разительно перемениться?
– Софи, что же мне теперь делать?
– Возвращайся домой. Надеюсь, если он решит нанести тебе визит, то лишь затем, чтобы просить прощения за свои поступки. Прими его извинения, и он уйдет.
– Он может выставить меня перед всеми как обманщицу! – воскликнула Виктория. – Все, чего я с таким трудом достигла за десять лет, превратится в ничто. Если Эвис, Дженнет или Элизабет узнают правду, они возненавидят меня за мою ложь.
– Друзья не отвернутся от тебя. Но если ты так этого опасаешься, тогда тебе нужно просто поставить ему одно условие. Ты соглашаешься принять его извинения, а он обещает хранить в тайне то, что ему о тебе известно.
Виктория кивнула. Она справится с неприятностями. Где-то глубоко внутри ее еще жила отчаянная девчонка, какой она когда-то была. Та девчонка в девять лет могла обчистить карманы любого мужчины. И никому не удавалось поймать ее. Она знала Уайтчепел вдоль и поперек, каждую улочку, каждый проходной двор. Остается только надеяться, что последние десять лет, когда она изображала из себя тихую мышку, не изменили ее.
– Я решил покончить с этой работой, – сообщил Энтони, скользя взглядом по гостиной клуба «Уайтс». Со стороны они выглядели как двое друзей, расположившихся для неспешной беседы в сопровождении бутылки благородного напитка.
Роджер Эйнсуорт откинулся на спинку кресла и улыбнулся:
– Это несерьезно. Ты любишь рискованные предприятия, они избавляют тебя от скуки. Путешествия, хитроумные тайны – ты создан для такой жизни.
