– Как я? – Она повернулась на сиденье и посмотрела на Коула в упор. – Предупреждаю, босс, ты меня не разгадаешь, если я сама этого не захочу. Считай это обещанием.
Коул слегка повернул голову, чтобы посмотреть на Миа.
– Ты всегда была загадочной.
– По-твоему, это плохо?
– Смотря когда.
Машина миновала гребень холма, и Коул затормозил, чтобы полюбоваться открывшимся видом на океан.
– Если ты только что заинтересовался женщиной, это хорошо. – Коул снова взглянул на нее, и Миа поразилась напряженному выражению его лица. – Я имею в виду, в неизвестности есть нечто возбуждающее, даже эротичное, ты согласна?
Миа облизнула губы. Она решила для себя, что не поддастся на его поддразнивания, но Коул, по-видимому, не собирался легко сдаваться. Миа с досадой поняла, что отчасти даже рада его вниманию.
– Но, конечно, это может быть и плохо, – продолжал Коул, – например, в жене. Мужчине нравится загадочность, но о женщине, с которой собираешься связать свою жизнь, следует знать все. Меня, к примеру, связь с загадочным существом не привлекает.
– Значит, хорошо, что у нас нет связи.
– Ну как же нет, есть, – мягко возразил Коул.
Миа досадовала на себя за то, что ее обдало теплом от одного только бархатистого, обволакивающего звука его голоса. Стараясь не показать Коулу, что он пробил брешь в ее доспехах, она села прямее.
– Не понимаю, о чем ты.
– Ты ведь моя жена, значит, в течение следующей недели, или около того, ты должна любить меня, почитать и повиноваться мне.
Миа округлила глаза.
– Что-то я не помню, чтобы наши брачные клятвы включали пункт о повиновении.
– А я очень даже хорошо помню. Мы обсуждали наши брачные обеты, сидя в беседке. Как сейчас помню, ты была в розовом платье с открытой спиной и широкой юбкой.
Миа рассмеялась. Она никогда не носила платья с открытой спиной, тем более розовые. Не обращая внимания на ее смех, Коул заговорил фальцетом, подражая женскому голосу:
– Дорогой, когда мы поженимся, ты будешь моим единственным хозяином, а я стану твоей маленькой покорной женушкой. – Коул кашлянул и глотнул воды из бутылки, лежавшей между сиденьями. – Поверь, я отчетливо это помню.
– Еще бы.
К тому, что Коул попытается всячески выпячивать свою руководящую роль, Миа была готова, но дурашливое подшучивание застало ее врасплох. Коул открылся ей с неожиданной стороны, она немного растерялась, но, положа руку на сердце, не могла сказать, что ей это неприятно.
– Дорогая, мне больно слышать, что ты забыла столь знаменательный день, – притворился обиженным Коул.
– О, я все помню. – Миа решила ему подыграть. – Я помню, что мне хотелось, чтобы наши брачные обеты были не традиционными, а более современными. Чтобы муж и жена считались равными во всем. – Миа смерила его оценивающим взглядом. – Поначалу тебе это не понравилось, ты повел себя, как неандерталец, но мне удалось тебя образумить.
Коул сохранял серьезнейшую мину, но крошечные морщинки в уголках его глаз подсказали Миа, что она заработала несколько очков.
– Приятно слышать, что я хоть и неандерталец, но все-таки поддающийся приручению.
– О, ты очень податливый. В моих руках ты как воск.
– Моя плоть в твоих руках… – Коул хмыкнул. – Радость моя, мне нравится, как это звучит.
Миа не знала, что подействовало на нее сильнее, сами слова или тон, каким они были сказаны, но суть от этого не менялась: Коул застал ее врасплох и она ощутила инстинктивное желание плотно скрестить ноги. Миа скрыла смущение под маской бравады.
– Рада это слышать, потому что дальше слов дело не зайдет. Наше задание не предусматривает дополнительные услуги.
– Ну во-о-от, а я-то размечтался… Я бы ни за что не согласился на эту работенку за одну только зарплату.
– Тогда тебя ждет разочарование.
– Еще бы. Особенно если учесть, что это была твоя идея.
– Моя идея? – искренне изумилась Миа.
– Ну да, узнать друг друга поближе. – Судя по серьезному тону, Коул перешел от шуток к делу. – Ты права. Нам действительно не удастся сойти за счастливую супружескую парочку, если мы немного не потренируемся. Нам нужна практика.
Практика. Миа сглотнула, чувствуя внезапную сухость в горле. Она действительно это говорила, в списке вопросов, которые следовало обсудить с Коулом, этот шел первым пунктом. Коул похвалил ее работу, нужно бы этому радоваться, но почему-то план, который поначалу представлялся Миа разумным, сейчас стал ее пугать. И это была не та опасность, которую она предвкушала, поступая на работу в ФБР.
Миа видела, что Коул пытается оценить ее реакцию, но не собиралась доставлять ему удовольствие.
– Поосторожнее, Рэйн. – Она бросила на него самый что ни на есть беспечный взгляд. – Я, конечно, принимала присягу, но такого пункта там не было.
Миа не пыталась себя обмануть и сделать вид, будто мысль о «практике» с Коулом внушает ей отвращение, но она ни при каких обстоятельствах не собиралась с ним спать. Однажды она уже была близка к этому, и последствия до сих пор давали о себе знать.
Коул переключил передачу, при этом костяшки его пальцев задели бедро Миа.
