Собирая вещи со стола, я приметил лист в клетку, лежащий под ноутбуком. Это был мой портрет… Не сложно догадаться, что это письмо от неизвестной мне «Art». Однако, кроме рисунка, на нём не было больше ничего: ни телефона, ни имени, ни места и времени встречи, ни даже Инстаграм, что случается очень редко в таких случаях. Но, если честно, меня сейчас не сильно волновала эта художница. Намного важнее было придумать, как красиво извиниться перед Аней, чем подкатить к очередной девчонке. Кроме того, я должен был поработать лектором и в других группах.
Остальные мои лекции не блистали чем-то интересным, поэтому и рассказывать о них я не собираюсь. За весь оставшийся день я, к сожалению, ни разу не увидел ни Аню, ни «Art».
Покидая пост лектора по дороге на тренировку, я заметил, как группа студентов развешивала какие-то плакаты. Интересно, что происходит.
– Парни, не хочу вам мешать, но что вы делаете?
– О, Маркус, привет, как иронично. Вот, посмотри.
Я взял один из плакатов, и это оказался плакат предстоящего баскетбольного матча между нашей университетской командой, в которой я играл, и командой из Портсмута. На нём в красно-чёрных тонах были изображены основные игроки, одни из самых знаменитых личностей всего университета. Среди них был, уже представленный ранее, Итан и я… В самом центре…
– Ну, как тебе? Не дурно, верно? – парень, который представлял мне «шедевр», был в два раза ниже меня и, чтобы забрать плакат из моей руки, приподнялся на носочки. Но плакат я не отдал:
– Одним больше, одним меньше. Если что, распечатаешь в библиотеке новый.
– Ладно, ладно, – похоже, я его испугал резким отказом, и он слегка отступил назад.
– Знаешь, кто рисовал?
Перед тем, как ответить, мой собеседник немного помолчал, скосив голову набок. Он не понимал причины вопроса. Затем он всё же промямлил:
– Честно говоря, нет. Я только знаю, кто их редактировал.
– Кто?
– Парень из Украины. Учится на втором курсе одного из факультетов, связанных с программированием и прикладной математикой.
Я тут же представил ситуацию, как пугаю того великолепным знанием русского и украинского.
– И где же я могу найти этого айтишника?
– Он часто до полуночи сидит в компьютерном зале.
– Ожидаемый ответ.
– Да, его вроде зовут Артемий, но это не точно. Знаешь, он такой зануда, ты лучше с ним долго не засиживайся, а то, как начнёт втирать про всякие программы и…
– Спасибо. Мне нужно спешить, – прервал я разговорившегося вдруг собеседника.
Спешка, по большей степени, была вызвана желанием как можно быстрей убежать от диалога с этим парнем, так как он, судя по всему, был из тех, кто мечтает сдружиться со знаменитостями университета, но никогда не добивается в этом успеха.
– Удачи на игре!
– Ага, спасибо, а ты только посмей не прийти.
– Конечно. Я, кстати, Гален.
Я услышал его, но решил не отвечать, – опаздывал на тренировку.
В зале уже были мои одногруппники и тренер. Мистер Хилл был одним из самых строгих и весьма требовательных тренеров, которые в глубине души – само умиротворение и нежность. Тем не менее, лучше не опаздывать на тренировки под его руководством, иначе будешь дежурным (то есть тем, кому необходимо убирать все мячи, поправлять сетки и выполнять прочую дрянь).
– Хе-ей, кто же соизволил прийти? – это был Итан, в прочем, как всегда.
– Здравствуйте, мистер Хилл, простите за опоздание, я сегодня заменял Доктора Андерсона – вёл за него лекции, поэтому не успел переодеться. Сейчас присоединюсь к вам.
– Пошевеливайся! – суровый голос тренера в этот момент я точно запомню на долго, уж слишком редко я слышу такой тон в мой адрес.
Тренировки – единственный для меня действенный способ отвлечься от этой безумной жизни, поэтому я на них никогда и не опаздываю.
Спустя буквально семь минут я уже был в строю и наматывал круги по залу.
По итогам тренировки можно сказать следующее: завтра нас ждёт очень важная игра, а именно, принципиальные соперники с южного побережья Англии. Я, как обычно, выйду в стартовом составе. Как сказал Итан: «В общем, если что-то будет не получаться, то применяем тактику «Дай передачу Маркусу, а он сам разберётся»». После игры, все стали расходиться, в том числе и мы с Итаном собирались уйти, но ко мне вдруг обратился один из парней на немецком языке:
– Ну что, умник, понтанулся своим блатным костюмом? Много девчонок уже успел закадрить, а? Ребят, ну вы только посмотрите, это же наш «главный» игрок, а опять напялил какую-то дрянь. Говорят, ты заместитель лектора по философии. Небось, с листочка зачитывал все свои словечки. Да и какой из тебя, вообще, философ, Маркус?
Это был Берингар – неприятный тип, который очень редко думает перед тем, как что-то сказать. Более того, у него была своя «немецкая компания», считавшая, что кроме них больше никто по-немецки разговаривать не умеет, поэтому и прикалывались практически над каждым, рассчитывая, что их жертва ничего не поймёт.
