Все это замечательное стихотворение добыто с помощью звуковых повторов. Звуковой каркас – это и есть та самая художественная ткань, на которой вышиваются самые сложные философские узоры. Самостоятельная область познания мира… Но вернемся к «Русалке». Вся она насквозь экспериментальна и подчеркнуто антимузыкальна. Слово «серебриста», названное в четвертой строке, скрыто в предыдущей (И старалась она доплеснуть до луны…) и полностью этой строкой предсказано. Кроме того, вместе с многократными «Л-Н» «Русалка» содержит еще и упражнение на ГЛАСНЫЕ. Так, первая и вторая строки первой строфы содержат три «о», а вторая – целых четыре «о»: «Озаряема полной луной…» Позднее этот эксперимент повторил Пастернак: «О, вольноотпущенница, если вспомнится…» Но эксперимент с гласными себя не оправдал, равно как и державинские стихи без буквы «р», и многочисленные аналогичные опыты других авторов. Природа русского стиха – в управлении согласными. Оттого, что ты два раза в строке применил букву «о», ничего в стихе не меняется, применение же повтора согласных «ЛН» или «СТ» делает стихи стихом. Вспомним еще раз «Русалку».
Плыла, колебала, пела долетала – это и есть стихи! Количество примеров легко умножить:
И все, все остальное! Все хрестоматийное лермонтовское имеет надежную фонетическую основу. Поэтому-то Пастернак и посвятил Лермонтову «Сестру мою жизнь», что именно Лермонтов открыл, дал ему ключ к этим бесконечно богатым звуковым кладовым русского стихосложения.
Вот Пастернак, открытый наугад, как в новогоднем гаданье, глава «Морской мятеж» из «Девятьсот пятого года»:
Не продолжаю. Если бы Пастернак написал только эти две замечательные строфы, он навсегда остался бы в нашей памяти как учитель самого важного в русском стихотворении – науки звуковых повторов.
И совсем уж не важно, что эти стихи разонравились поэту в старости.
Что сказать о Цветаевой?
Цветаева вся – звуковой повтор. Все поэтические истины добыты Цветаевой с помощью звукового повтора. Гораздо раньше «Ремесла» в «Стихах о Москве» пушкинские заветы были уже найдены и продемонстрированы:
В дневнике Цветаевой есть запись относительно этого стихотворения: «Никто не отвергал! – А ведь как – обиженно и заносчиво – убедительно! – звучит!».
Звучит убедительно потому, что это – убедительный звуковой повтор: «Над городом, отвергнутым Петром» Цветаева могла написать (сохраняя полностью смысл):
или
Не только смысл, но и размер бы сохранился, исчез бы только звуковой повтор, и стихотворение звучало бы неубедительно.
У Есенина таких примеров тьма. Что, как не звуковой повтор:
Насколько забыты нашей поэтической практикой все эти важные проблемы, показывают два недавних примера.
