Иви обхватила плечи руками, наконец-то ощутив зимнюю прохладу, заставляющую кровь стынуть в жилах. Впрочем, холодом веяло не только от морозного воздуха. Появление загадочного чудака не сулило ничего хорошего и могло усугубить и без того неспокойное положение в городе. Но его не беспокоили мысли, рождавшиеся в голове девушки в ту секунду, ведь злодей продолжал так же сдержанно и бесстрастно:
— Тем не менее, перед премьерой я хотел бы пригласить дорогого моему сердцу друга на своеобразный званый вечер. Иви Хэммонд.
При звуках своего имени девушка с большим усердием втянула голову в плечи, жалея, что не может, подобно страусу, спрятать голову в песок, потому что, во-первых, в центре города не так-то просто достать песок, а во-вторых, она почувствовала, что в конечном счёте настал-таки день, когда по-настоящему стоит начинать бояться.
— Я уверен, что где бы ты сейчас ни находилась, ты обязательно услышишь меня. Все мы знаем, что эта страна выжила лишь благодаря тебе. И чтобы отблагодарить тебя в полной мере и выразить глубочайшее почтение, прошу принять моё приглашение. Завтра с заходом солнца я буду ждать. Ты знаешь, где найти меня.
Окончив нелепый и невероятно ужасающий монолог, голограммы разом исчезли, оставив после себя лишь цветные клубы дыма и испуг, сковавший лица прохожих. Постепенно струйки дыма рассеивались и, подгоняемые холодным ветром, складывались в знак, похожий на какую-то букву. Если присмотреться повнимательнее, можно различить слабые очертания этой буквы. Она проходит длинный путь, шествуя с самого начала алфавита и замыкает последнюю четвёрку согласных, уступая сыскавшей в последние дни славу букве V. Она неказиста и не рвётся в первые ряды, а смирно стоит на положенном месте и выжидает, когда ей представится случай показать всю свою мощь и силу. Эта буква выделяется из общего строя уже тем, что в своём названии несёт целых два слова. Эта буква W.
Рано или поздно человек умирает. Это то, что невозможно изменить, нельзя исправить, нечто неподвластное и пугающее. Обычно человек не задумывается над своим концом до тех пор, пока смерть не начинает наступать ему на пятки, таща за собой душу ушедшего родственника, друга или просто кого-то очень близкого и дорогого. Тогда человек вдруг понимает, что и его не сегодня-завтра может постигнуть та же участь, а, возможно, даже ещё более ужасная. Появляется страх, паника, волнение. Всё чаще человек задумывается над своим будущим, жалеет о прошлом и жалуется на настоящее. Пока он мечется в неразберихе собственных мыслей, время безвозвратно уходит. Нет, оно убегает. Убегает, оставляя человека мучиться, страдать, гадать и бездействовать. А потом…
Иви тряхнула головой, чтобы поскорее отделаться от столь горестных умозаключений. Не прошло и двух часов с момента, как она узнала о смерти Виктора и Финча, а уже зациклилась на мысли о том, что и ей пора уходить из этого мира. Не то чтобы её терзали суицидальные наклонности, но всё же и такой ход событий исключать не стоит. Тем более, что пустота образовалась теперь не только на месте сгоревшего колеса обозрения, но и в сердце девушки. Снедаемая угрызениями совести за то, что в то время, как Виктор и новоиспечённый комиссар полиции боролись за судьбу жителей Лондона, она преспокойно отдыхала на больничной койке, Иви чувствовала беспомощность и усталость. Она только сейчас поняла, насколько её утомили бесконечные тайны, преступления, сомнения и догадки. Иви достаточно настрадалась за последние пару лет, и ничто не могло вернуть ей прежнее состояние умиротворённости и уверенности в себе.
Налетел внезапный порыв ветра, и девушка поспешила запахнуть пальто, сжав пальцы ног, спрятанные в чёрные осенние ботинки. Это первое, что попалось Иви под руку, когда она забежала на работу. Сначала она не собиралась приезжать на кладбище, поскольку опасалась столкнуться с кем-то из своих неприятнейших знакомых, но в итоге решила, что её визит просто необходим. По крайней мере, ей самой. Да и у Финча, если полагаться на весьма достоверные сведения, не было близких родственников, живших в столице. Он наверняка остался одинок. Бедный, несчастный комиссар. Жил в одиночестве и умер в одиночестве. Что за наказание быть одному среди толпы людей? Иви прекрасно знала, каково это, поэтому ей захотелось навестить могилу Эрика. Пусть он уже мёртв и избавлен от страданий, но даже мертвец заслуживает дань уважения. Хотя бы за то, что никогда ни на что не жаловался, а все невзгоды встречал уверенно и смело, посылая их в пасть самого дьявола.
