Несмотря на все омрачающие события, в коридорах зоны поселились веселье и оживление. На толстых стенах, кладеных еще самим Иваном Денисовичем, его отцом и дедом, появились грубоватые, но выразительные картины изобретательных художников из министерства культуры. Фигуристые, загорелые женщины, нежащиеся в шезлонгах на лазурных берегах, под теплыми лучами, будили в жителях мимолетную радость и надежду. Сказочные персонажи напоминали всем, что когда-то, давным-давно они были детьми и, на самом деле, таковыми и остались. Простыми и добрыми. Полуфантастические пейзажи уносили вдаль, давая возможность хоть на минуты забыть о кирпичной непроглядности. По коридорам, за приличную плату, гастролировал скрипач, услаждавший сердца граждан новой республики чудесными мотивами.
Из тесных камер вылезли на прогулку столы. За ними потянулись и стулья, вместе с соскучившимися по свободе узниками. Не в камерах же сидеть после революции. Для человека, годами смотревшего в потолок тесной, затхлой вонючей коморки, набитой давно приевшимися рожами ему подобных, каждый дополнительный метр перспективы и новые лица – великая, вдохновляющая радость.
Министерство культуры, в котором завелось несколько креативных энтузиастов, проводило первый шахматный турнир. Отборочный тур был совершенно бесплатным. Когда в каждом корпусе отфильтровались все желающие и способные, запустили круговою систему. Спешить было некуда – каждый играл с каждым. После заполнения всей половины по диагонали большой квадратной таблицы, высчитывался победитель.
Правила ставок простые. Два игрока самостоятельно или при участии желающих делают одинаковые ставки. Тот, кто выигрывает в текущей игре, оставляет свою ставку себе. Половину ставки проигравшего получает победившая сторона, вторая половина идет в призовой фонд корпуса, который распределится потом пропорционально набранным очкам. Какой из четырехглазых фантазеров управления культуры придумал такую хитрую бухгалтерию, для всех осталось секретом. Работала система замечательно. Таким образом, и отбор игрока от корпуса для общего турнира происходит, и сам процесс – живой, напряженный. Азарт подогревается.
В коридорах и залах Икнилатс было весело. Игровая таблица заполнена наполовину – ажиотаж на пределе. Все дружно радеют. Раздаются страстные возгласы: «Лошадью ходи! Слона бей! Идиот, куда ж ты пешку поставил!» Уже выделились сильные игроки, на которых болельщики готовы делать большие ставки. Никон оказался в списке таковых.
Пол коридора третьего этажа корпуса Икнилатс был в крови. Не то, что бы совсем залит, но и пройти так, чтобы не испачкаться, было сложно. Море, песок и выразительные загорелые фигурки постигла та же участь. Кровавыми облаками, озерами, реками заляпало и целые иномирные пейзажи. Лишь на хищных, по сюжету, сказочных персонажах, коричневые пятна смотрелись уместно, словно для подобных случаев их и рисовали.
Вы думали, что шахматы – безопасный вид спорта? Игра, в которой слон или колесница могут убить лошадь. Королева без проблем собственноручно убивает слона или пассажира колесницы. А лошадь одним недлинным прыжком убивает королеву. И все это – ради того, чтобы атаковать или защитить медленного и неповоротливого короля. Убивать опасно, даже на игровом поле. Особенно, если поле стоит не в школе, среди учеников, или во дворе, между скучающими пенсионерами. Особенно, если вокруг поля собрались люди, насильно изолированные от общества, на международном уровне признанного психически больным. Люди, которым не помогли даже эндокринные железы – микросхемы, жестко регулирующие их состояние. В такой обстановке убийство одной фигуристой деревянной королевы может повлечь за собой страдания и гибель людей из мяса и крови.
Королеву поверг Никон. Схватка была суровой и напряженной. Ставки большими – десять литров сахара, пять пачек сигарет и литр самогона с каждой стороны. Взбудораженные болельщики столпились за спинами игроков. Против Никона играл Тема Верин – очкастый дрыщ из двадцать четвертой камеры, которому прочили право отстаивать честь корпуса на турнире Свободой Зоны.
Почему Тема дрожащей рукой поставил ферзя именно на эту клетку? Почему, как только оторвал руку, Никон моментально подловил королеву вилкой и в следующем ходу нагло уничтожил? Вероятнее всего, у Темы была стратегия. Вероятнее всего, он вел дело к неожиданному мату. Он был способен на совершенно оригинальные и очень сильные комбинации. Он даже надрывно пытался перекричать свою группу поддержки, когда та высказывала возмущение происходящим, быстро перерастающее в праведный, ищущий отмщения гнев. Не получилось. Двигать деревянные фигуры по доске – одно, а объяснить вечно голодным людям: почему с доски ушла королева ценой в десять литров сахара – другое. Одним из самых активных в этой страшной толпе оказался дядя Горя.
– Ты, тварь мнемонетовская, ферзя верни!
– Он руку еще не оторвал!
