– А теперь, леди и джентльмены, мне нужны добровольцы. А именно, – Тори-фокусница окинула взглядом зрителей, словно могла прочитать все лица и прочесть все мысли, – мне нужны люди, которые хотят принять участие в части нашего представления, посвященной гипнозу.
Поднялось множество рук. Тори прошлась по залу, выбирая людей – несколько женщин, восьмидесятипятилетний старик, который вскинул кулак, взбираясь на сцену.
– И… – сказала она, растягивая слова, когда на сцене уже было под дюжину добровольцев. – Ты.
На мгновение мне показалось, что она показывает на меня. Потом я сообразила, что она выбрала девушку, которая сидела передо мной – рядом с Аароном. Брат Слоан застыл, словно окаменев. Девушка встала. Майкл, сидевший неподалеку, тоже. Когда Тори осознала, что Майкл делает вид, будто она указала на него, не стала возражать.
– Похоже, мне досталось два по цене одного. Поднимайтесь сюда, оба!
– Майкл, – сказала я, коснувшись его, когда он проталкивался мимо.
– Да ладно, Колорадо, – ответил он. – Дай повеселиться.
Поднявшись на сцену, Майкл вежливо поклонился зрителям и занял свое место. Тори повернулась к добровольцам и что-то сказала им. Нам не было слышно, что именно. Через две или три секунды она повернулась к зрителям и снова включила микрофон.
– Я буду считать от ста в обратном порядке, – сказала она, прохаживаясь перед добровольцами. – Сто, девяносто девять, девяносто восемь. Я хочу, чтобы вы представили, как лежите на плоту рядом с островом. Девяносто семь. Девяносто шесть. Девяносто пять. Вас несет вода. Девяносто четыре. Девяносто три. Чем дальше я считаю, тем дальше вас уносит. Девяносто два, девяносто один…
Продолжая считать, Тори подходила к каждому из добровольцев. Она брала их за голову, заставляла отклонить ее вперед и назад.
– Ваше тело тяжелое. Ваша голова, шея, ноги, руки… – Она ходила вдоль ряда взад-вперед. Похлопала кого-то из добровольцев по плечу и велела вернуться в зал, а затем продолжила описывать светлое воздушное ощущение. – Ваше тело тяжелое, но правая рука невесомая. Она всплывает вверх, вверх… семь… шесть… Чем дальше я считаю, тем дальше вас уносит. Пять, четыре, три, два…
К моменту, когда она сказала «один», девять добровольцев, оставшихся на сцене, расслабленно развалились на стульях, подняв правую руку. Я повернулась к Лии.
– Вы на пляже, – сказала Тори загипнотизированным подопечным. – Вы греетесь на солнце. Ощутите его на своей коже. Ощутите тепло.
Их лица тут же расслабились, на губах расплылись улыбки.
– Не забывайте крем от солнца. – Голос Тори звучал сладко и легко.
Я невольно фыркнула, когда Майкл начал ритмично натирать воображаемым кремом от солнца свои бицепсы. Он красовался перед зрителями.
– А теперь, – сказала Тори, прохаживаясь вдоль сцены, – когда я скажу слово «манго», вы немедленно поверите, будто только что пукнули. Громко. В комнате, полной людей.
Тори сказала «манго» через пять минут. Все загипнотизированные тут же приобрели явно смущенный вид, кроме Майкла, который выразительно пожал плечами, и подруги Аарона, которая шагнула вперед. За ней последовал еще один участник. И еще один.
Она подошла к самому краю сцены, не поднимая головы. Как раз когда я подумала, что она вот-вот переступит край, она резко остановилась.
– Мисс, мне нужно, чтобы вы отошли, – окликнула ее Тори.
Девушка подняла голову. Ее светло-коричневые волосы отклонились, открывая ее лицо. Она смотрела на зрителей пронзительным взглядом.
– Tertium, – произнесла она.
С оглушительным хлопком лопнул прожектор.
– Tertium, – повторила девушка, на этот раз громче и пронзительнее.
Тори пыталась заставить ее отойти, пробудить от гипноза – но безуспешно.
– Tertium, – девушка перешла на крик. У нее за спиной неподвижно застыли остальные подопытные. Майкл отошел чуть в сторону от них, взгляд у него был ясный и сосредоточенный.
Девушка подняла руки в стороны, раскрыв ладони. Она понизила голос, так что он превратился в хриплый выразительный шепот, от которого у меня будто пауки поползли по позвоночнику.
– Мне нужно девять.
У девушки закатились глаза, и она упала. Тори бросилась вперед. Аарон проталкивался к сцене.
Занавес опустился. По залу разошелся беспокойный гул голосов. Остальные понятия не имели, что только что произошло. Они понятия не имели, что это значит.
Я осознавала это по частям. Я заставляла себя дышать.
– Девять, – сквозь глухой гул толпы каким-то образом пробился голос Слоан. –
– Пожалуйста, оставайтесь на местах, – произнес глубокий голос в динамиках. – Представление сейчас возобновится.
Джуду хватило одного взгляда, чтобы оценить потенциальный хаос, он коротко кивнул в сторону ближайшего выхода.
– А Таунсенд? – спросил Дин, проталкиваясь сквозь толпу. – Он остался на сцене.
