«Ваенга» (Сценарий) полностью

Слезы текли по моим щекам – слезы бессилия и отчаяния, я кричал от злости и гнева…

Я ничего не мог сделать, я ничем не мог помочь.

Это длилось один миг – он был длиною в вечность…

Я остался и мне теперь надо с этим жить…

Диктор: Через много лет, в 2012 году поисковики найдут эту Аэрокобру.

У моря, в распадке двух сопок лежала она, покрытая мхом и ржавчиной. Следы воздушного боя хорошо видны и теперь – обгоревшая кабина, рваные раны на крыльях, пулемет без единого патрона, искореженный штурвал – очевидно, пилот посадил свой самолет из последних сил. По номеру на борту восстановили фамилию летчика: Виктор Кочетков.

Дочь: Временами уходят от нас наши друзья или близкие люди, уходят просто потому, что пришло время. Это бывает редко, но горе велико, и мы переживаем очень и очень долго. Их однополчане уходили молодыми – уходили почти каждый день. Какими должны стать нервы, как можно потом спать по ночам, удивляться весне или радоваться солнечному дню, вы не знаете? Как пережить боль утрат, помноженных на бесконечность? Кто ответит?..

21 сцена.

11 мая 1944 года. Весна, солнце низко над горизонтом. Берег Баренцева моря. На берегу – штурман Сергей ловит рыбу. Подходят Иван и Гусев (второй ведомый Ивана), разматывают удочки.

Гусев: Привет, Серега! Ловится рыбка?

Сергей: Понемногу! (показывает ведро с уловом).

Гусев (Ивану): Знакомься – Сергей, штурман торпедоносца.

Иван: Я – Иван, а это Дима Гусев – мой новый ведомый.

Гусев (продолжает разговор с Иваном): У фрицев корпус корабля усилен для хождения во льдах. Легкий снаряд не потопит, только тяжелые авиабомбы берут.

Иван (показывает руками): Смотри: торпедоносец при подходе к цели снижается до тридцати метров. Иначе торпеда переломится о воду, или уйдет на дно.

Сергей (вступает в разговор): Я, штурман, даю команду для выхода в точку сбрасывания. На этой высоте, едва не касаясь на разворотах крылом поверхности моря, торпедоносец входит в зону жесткого зенитного огня. По самолету стреляет с кораблей все, что может стрелять.

Иван (задумчиво): Какое мужество надо иметь, как владеть своим самолетом, слышать ведущего командира!

Сергей: Замысел командира понимаем легко – все из одного подразделения, летаем на взаимном доверии.

Иван: В группе сколько самолетов?

Сергей: Смотря по обстановке: ведь атакуешь одновременно корабли противника, его истребителей и немецкие ПВО.

Торпедоносец СФ

Диктор:

«11.5.44 г. – Аэрокобра

Сопровождение 6-ти торпедоносцев в район Свартнэс.

Задание выполн. Вели в/бой с «МЕ-109».

Обеспечено потопление 1 тр. 8000 тон.

Опер. Св. шт. ВВС СФ № 132.

Командир 2 аэ 255 иакп капитан Самарков.»

Диктор: В этот раз торпедоносцам повезло: торпеды попали в цель и развалили вражеский транспорт водоизмещением 8000 тонн, в считанные минуты скрывшийся под водой. Почти все экипажи вернулись на аэродром, а высланный в район атаки воздушный разведчик подтвердил уничтожение транспорта. И только Аэрокобра младшего лейтенанта Харкевича потерпела катастрофу – как это произошло, мы не узнаем никогда – холодные воды Баренцева моря навсегда скрыли свою тайну.

22 сцена.

13 мая 1944 года. 9.00. Суббота. Весна. Длинная ночь, короткий день. Штаб. Самарин, пилот.

Самарин: Твоя пара вылетает на разведку погоды.

Пилот: Так точно!