Еще какое-то время шла перестрелка с противником, но перестрелка уже не оборонительного характера, если бы вэсэушники пытались удержать этот Перекресток, а более для того, чтобы только прикрыться огнем, который поможет украинцам уйти с самого объекта. Перекресток был взят. У края лесополосы, где Корнеплод и еще один боец бились из автоматов, лежали два вэсэушника, мертвые, и далее между лесополосой и блиндажом еще один украинский двухсотый. Совсем рядом с украинским блиндажом валялись тела еще двух вэсэушников, которых уничтожили другие бойцы своим огнем из этой же лесополосы, в самом же блиндаже никого не было… Пулеметчик ушел. Там и здесь, и в других местах лежали трупы врагов.
За дорогой, ведущей из Майорска в Бахмут, шли зигзагами траншеи противника, и там же штурмовики обнаружили пять блиндажей. Блиндажи около самой дороги также имели бетонные перекрытия, и тот блиндаж, что справа, был сделан из железобетона и покрыт толстым слоем земли. Внезапный и уверенный удар по объекту принес свои плоды. Замечу, что если в районе девяти утра начали штурм, то закончился он уже только к вечеру. Придет время, и все бойцы, участвовавшие в этом военном деле, будут опрошены…
Необходимо будет узнать потом все моменты штурма, опросить всех его участников, а это уже работа специалистов-историков[1]. Штурм и удержание Перекрестка — это история героизма, и с этой победой, описанной мной выше, сама история Перекрестка еще не закончилась — объект потом придется отдать и снова забирать у противника. Но это будет потом, а сейчас…
К вечеру Корнеплода и других бойцов, принимавших участие в штурме, заменило другое подразделение «Вагнера» на захваченном объекте, а участников штурма отвели в лесополосу, что шла вдоль дороги по правую руку, если стоять спиной к Курдюмовке и лицом к Перекрестку. В этой лесополосе распределили бойцов по два человека на расстоянии в десять метров друг от друга, то есть выставили посты. Старшим был назначен здесь Борцоне. Бойцы начали окапываться. Однако Корнеплоду нормально окопаться не удавалось, так как то «птичка» в воздухе, то прилет мин украинских мешал это делать.
Через два часа с украинской стороны был выпущен боезаряд, поразивший Перекресток и убивший нескольких штурмовиков, заменивших Корнеплода и его товарищей на объекте. Были и раненые, одному оторвало ногу, и он истек кровью, а один из командиров отделения, которому осколок так вдавил грудь, что создавал для раненого особые мучения, выбил его из строя. Позывной этого старшего был Пожарник. Когда-то на гражданке он и правда работал пожарным, потому у него и был такой позывной. Потом уже, вечером, когда стемнело, этот командир, чтобы медленно не умирать здесь и чтобы с ним не возились его товарищи, и понимая, что эвакуационная группа просто физически не сможет дойти до Перекрестка, достал тихо… гранату и подорвал себя. Вечная память тебе!
Уже когда стемнело, ко всему этому начался еще и ливень, заливавший все вокруг… Разрывы мин и снарядов, сильный дождь и грязь — это все, что пришлось выдержать тем, кто был тогда там… Корнеплод просто во всей этой ситуации накрылся спальником от дождя и ждал утра. Настало утро, и уже часам к одиннадцати наконец-то в лесополосу к бойцам пришел Абзай и предложил сварить кашу. Начали варить, найдя чан и поставив его на огонь вместе с водой. Однако лживую тишину нарушил шум моторов и тот звук техники, который невозможно перепутать. Где-то ползла техника.
«Это БМП или БТР, а может быть и танк…» — пришло на ум Виктору. То есть, судя по доносящемуся шуму, что-то предстояло… Но все же сильно хотелось есть, так как пайки досюда не доходили еще, слишком уж далеко группа врезалась в оборону противника, и кругом стояло немало украинских точек. В этом случае не до пайков, и штурмовики пользуются тем, что добывают на позициях врага, — это боекомплект, еда, спальники, чай, сигареты, одежда… «Каши сейчас хоть поедим, согреемся», — думал так Виктор, с позывным Корнеплод. Но не удалось поесть сегодня… Начался бешеный удар украинской арты — шквал огня обрушился по занятым вагнеровцами позициям и по лесополосе, в которой они расставили цепь из постов. Работало по лесополосе все — сапог, АГС, полька, рвались снаряды и крупного калибра.
Корнеплод лежал в своем окопе, а осколки с тупым звуком впивались в толстые деревья, и мины рвались недалеко от его окопа. Разрыв снаряда засыпал Корнеплода землей… В этой ситуации приходилось только ждать окончания обстрела и надеяться лишь на провидение и на волю всех богов и демонов мира. Казалось, что обстрел идет уже час и более, но это только казалось, — удар украинской арты по времени продолжался с полчаса. Затем звук техники стал доноситься все сильней. По дороге со стороны Майорска к Перекрестку продвигались танк Т-72 и БТР. Заехав на объект, танк обстрелял блиндажи и лесополосу, подходящую к Перекрестку…
