— Одну минуточку, подождите, пожалуйста, я сейчас рассчитаюсь с вами наличными.
— О! — с равнодушным видом произнес молодой человек. — Достаточно было бы просто выписать чек.
Господин Жерарден энергично тряхнул головой, нахмурил брови.
— Чек! Вы говорите так из любезности! Но подумайте сами. Я уезжаю. Не оставляю никаких следов. Предположим, я даю вам чек, а на счету у меня нет денег. Как тогда?
Он замер с раскрытым ртом, словно желал сказать: «Что вы можете на это ответить?» Господин Фонтен улыбнулся.
— Это верно, нам не всегда нравится такой способ расплачиваться за покупку. Но с человеком вроде вас, господин Жерарден...
— Хм, хм, хм... Ну неважно! Впрочем, — смиренно добавил Жерарден, — у меня и чековой книжки-то нет.
В дверь постучали. Метрдотель принес счет. Вслед за ним появился господин Мортимер в сопровождении старшего кассира, который нес в руках драгоценный чемоданчик. Подошел носильщик в полосатом жилете.
— Мне выносить чемоданы?
— Минуточку! — закричал возмущенный господин Жерарден.
И тотчас же улыбнулся господину Мортимеру, извиняясь за эту вспышку.
— Нам необходимо, чтобы нас не беспокоили, не так ли? Пришло время окончательно уладить наши дела...
Директор грозно взглянул на носильщика, и тот мгновенно улетучился. Подняв крышку чемоданчика, господин Жерарден принялся пересчитывать деньги. Прошло полчаса, и следует оценить терпение господина Мортимера, ювелира и старшего кассира. Наконец господин Жерарден с удивленным видом поднял голову.
— Но, — сказал он, — тут ведь вся сумма целиком? А как же те деньги, которые я брал в конторе со дня моего приезда?
— Эти суммы занесены в счет, господин Жерарден, — заявил старший кассир. — Вот, смотрите: «13-го — 1000 франков. 15-го — 3000 франков...»
— Всего, — прочел господин Жерарден, — 12 500. Совершенно точно!
— Сами понимаете, господин Жерарден, — рассудительно и в то же время доброжелательно сказал господин Мортимер, — не станем же мы при каждой вашей просьбе рыться в вашем чемодане ради таких смехотворных сумм!
— Само собой, — смущенно проговорил господин Жерарден. Он взглянул на господина Фонтена. — Великолепное заведение, мсье! Я в этом не сомневался. Великолепное заведение...
В день своего прибытия господин Жерарден тщательно спрятал расписку, полученную в отеле, в довольно жалкое портмоне. А сегодня он достал ее из красивого бумажника черной кожи. С легким поклоном он передал расписку господину Мортимеру.
— Теперь, — сказал он Фонтену-сыну, — уладим наши дела!
Поскольку с ними еще не распрощались, и директор, и старший кассир остались в номере. И хотя все они привыкли иметь дело с крупными суммами, но само присутствие при подобной коммерческой операции, а для господина Фонтена присутствие еще и в качестве получателя, поневоле делало их серьезными, а тишину, которая обступала их, еще более глубокой. Меньше всего, казалось, был взволнован господин Жерарден. И однако он приносил на алтарь четвертую часть своего состояния! Господин Мортимер говорил себе, что малыш Бенои прав и что человек воистину странное животное. «Если только, — подумал он вдруг, — в этом смешном провинциале не скрывается душа старой продувной бестии, и если он не обеспечивает себе этим безвозвратным помещением капитала весьма прибыльную победу, выгодный союз?» Тем временем бывший миллионер протягивал господину Фонтену пачки денег.
— Проверяйте, мсье, — сказал он, — прошу вас, проверяйте!
Господин Фонтен проверял. Чтобы подчеркнуть, что между ними полное согласие, он подтолкнул к своему клиенту лежавший на столе футляр. Присоединил к нему бумагу, где давалось подробное описание драгоценности, как она того заслуживала. Потом он поднялся, выразив господину Жерардену всю свою признательность и заверив его, что всегда готов поставлять ему самые прекрасные драгоценности в мире на наилучших условиях. Господин Жерарден грустно улыбнулся, и за стеклами пенсне его взгляд приобрел влажный блеск первых дней.
— Увы, мсье! — вздохнул он. — Дважды не выигрывают... ну а с тем, что мне остается...
Внезапно он выпрямился, словно пораженный какой-то неожиданной мыслью.
— Но та, что станет мадам Жерарден, несомненно, может быть вашей клиенткой, да, в самом деле!
Взгляд его смело оглядел присутствующих, которые тоже улыбнулись. «Все именно так, как я и думал», — сказал себе господин Мортимер.
Когда господин Фонтен ушел, был оплачен счет отеля. Носильщик наконец получил право вернуться. Потом господин Жерарден извинился перед директором, так как ему нужно было написать два письма. Четверть часа спустя он появился в холле, где целая армия лакеев ждала последних знаков его щедрости. Господин Мортимер и господин Бенои высказали ему свои самые горячие пожелания, по их словам, они сохранят особые воспоминания о днях, проведенных им в отеле.
—- Ах, господа, — прошептал господин Жерарден, — вы скоро меня позабудете, ведь перед вами проходит такое множество необычайных людей! Но, — добавил он с лукавым видом, — не будем слишком уж скромными. В конце концов, вы, может быть, вспомните обо мне... — Он подмигнул им. — Я вам напишу!
