Тьма разбивается слепящим светом. Я сажусь в постели, и меня ослепляет уже солнечный свет. Проклиная все на свете, я укрываюсь одеялом с головой и ложусь обратно на подушки, словно и не спала.
Камилла и Данте навещают меня последние несколько дней, но я уже чувствую себя намного лучше. Возможно, потому что не было больше голосов, которые вмешивались бы в мои сны – инновационный метод лечения.
Несколько туманных утренних пробуждений спустя в мое окно стучится знакомый сокол.
Его глаза бусинки изучают меня, когда я открываю окно. К его лапке привязана кремового цвета записка с печатью Сайруса. Выходит, поцелуй принца несколько раз, и тогда он начнет засыпать тебя посланиями.
Сообщение такое же простое и короткое, как приказ: «Слышал, ты чувствуешь себя лучше. Можешь подойти ко мне в кабинет?»
Иногда, когда солнце под определенным углом освещает столик для предсказаний, я вспоминаю, как, облокотившись на него, там стоял Сайрус. Вспоминаю его губы на своей шее, такие коварные, словно тайна. Я должна скомкать эту записку, как поступала с прочими. Должна продолжать игнорировать его, потому что свадьба уже на носу, и очень опрометчиво ворошить все сейчас, когда все успокоилось.
Или я могла бы отплатить ему той же монетой.
Я не могу сопротивляться жажде получить хоть немного удовольствия. Туже переплетаю свою косу и нахожу в шкафу платье с декольте в форме сердца, от которого Камилла присвистнула бы. Оно темно-красного цвета с вышитыми серебряными нитями стрекозами и поясом на талии. Этот наряд куда более красивый и элегантный по сравнению с тем, что я ношу обычно, но не слишком притягивает взгляд, словно я собираюсь кого-то соблазнить.
Что, может быть, я и собираюсь сделать.
Поверх платья я надеваю свою мантию. Это официальная встреча все-таки.
Пересекая мост в сторону дворца, я перебираю все возможные варианты разговоров с Сайрусом и причины, по которым он хочет меня видеть. Если он спросит, какие планы на свадьбу у его отца, я притворюсь, что знаю лишь некоторые детали. Если ему нужна услуга, то я попрошу об ответной – вместо доверия, потому что это единственная валюта, которая имеет значение.
Потом идут несколько менее невинных сценариев. Я тяжело сглатываю, вспоминая, как пылали его губы. Рукава моего платья несильно обтягивают мои плечи, и как же легко будет для него стянуть их с меня, если он этого захочет.
Щипаю себя.
Пробираясь менее популярными путями, я вхожу во двор через боковой вход. Большая часть магнолий потеряла свои кремовые лепестки, и я не могу найти ни одного, чтобы вставить его в свои волосы. У противоположных ворот я замечаю, как мелькает фиолетовый плащ, за которым следует блеск ботинок с позолоченным носом. Их обладатель направляется в сторону моей башни.
– Сайрус?
Шаги замирают. Это он.
– Доброе ут-тро.
Кажется, что-то встало у него поперек горла, когда я подошла к нему, а мой плащ распахнулся, демонстрируя выбранное мной платье.
– Я думала, что мы должны встретиться в твоем кабинете.
– Я думал, что ты вновь проигнорируешь мое послание.
Сайрус смотрит на меня, когда мое внимание переключается на звук хлопающих крыльев. Его сокол садится на хрупкую ветку над нашими головами.
– В таком виде ты можешь простудиться, – говорит он.
– Нет, если ты продолжишь так пялиться. Так чего ты хотел от меня в этот раз?
Он задумывается, словно мой внешний вид заставил его усомниться в своих желаниях.
– У моей скромной невесты предсвадебный мандраж, и было бы неплохо, если бы Провидица помогла Надии избавиться от сомнений и нанесла ей визит.
В итоге мы направляемся не к нему в кабинет и даже не в покои Надии, а в комнаты Камиллы, где Надия последнее время находится чаще всего.
Большую часть пути мы идем в тишине. Ни один из нас не хочет разводить бессмысленную болтовню, чтобы заполнить ей пустоту, а важные вещи обсуждать открыто невозможно, но я все же решаюсь задать ему один вопрос:
– Как у тебя дела с отцом?
– Он от меня не отрекся. Пока, – оптимистично отвечает он.
В королевском крыле я начинаю чихать до того, как замечаю, что рядом со мной порхают феи. Я пытаюсь отмахнуться от них, но они просто отлетают на достаточное расстояние, чтобы я не могла до них дотянуться. Одна из них закружилась, и в воздухе появился цветок. Идеальный бутон магнолии, подмечаю я. Он падает прямо мне в ладонь.
– Эм, спасибо? – Я вставляю его за ухо, и феи улетают.
Хоть Сайрус и смотрит вперед, я замечаю его улыбку.
– Ты им нравишься.
– С чего бы?
– Сам задаю себе этот вопрос, – это разве флирт, если слова звучат как оскорбление? – Некоторые считают, что фей притягивает надежда.
– Звучит так, словно эти некоторые сильно ошибаются.
Чтобы войти в покои Камиллы, нужно пройти гостиную. Зеркальный потолок отбрасывает блики на мое лицо, словно калейдоскоп. А низкая люстра украшена сапфирами.
Как только Сайрус закрывает первые двери, его плечи расслабленно опускаются, словно внимание народа – самая ужасная часть его жизни. Он проводит ладонью по волосам, все еще не глядя на меня.
