Найдя торчавшие из сугроба культи, она присела на колени и принялась откапывать тело. Нащупала голову, приподняла ее, смахнула снег, всмотрелась. Ледяная глыба. Поводила пальцами по глазным впадинам, носу, губам – нет, не разобрать.
Анна Егоровна осторожно положила голову мертвеца себе на грудь. Обняла. Тихо завыла.
Наутро похоронная команда старшего сержанта Алешина подобрала убитых. К вечеру весь полк знал о замерзшей русской бабе, обнимавшей безногий труп германского солдата. Но об этом не говорили. Думали.