Временно безработный Олег Сорокин от нечего делать покупает на блошином рынке портативный магнитофон (плеер) с кассетой внутри, на которой записан рассказ неизвестной, без вести пропавшей девушки. Попытка выяснить обстоятельства случившегося отправляет героя в далёкое и необычное путешествие, где он встречает смертельных врагов и своих давно пропавших друзей, которых ему непременно надо спасти, возможно, ценой своей собственной жизни…Содержит нецензурную брань.
Саня Колчин по прозвищу Кол не снился Олегу очень давно, лет, наверное, десять. Раньше, как только Саня пропал, Олег видел его во сне чуть ли не каждый день. Они подолгу о чём-то разговаривали, смеялись и даже спорили, вот только, проснувшись, Олег ни разу не смог вспомнить, о чём именно шла речь. Потом Саня стал приходить всё реже и реже и в какой-то момент перестал появляться вовсе. Надо сказать, что с возрастом Олег и самих снов стал видеть существенно меньше, чем раньше, так что исчезновение из них Сани прошло практически незамеченным. Бывало, конечно, Олег вспоминал школьного товарища: когда разбирал старые фотографии, например, или когда в каком-нибудь кафе собирались остатки некогда большого и дружного одиннадцатого «В» и после пятой рюмки начинали поминать навсегда оставшихся молодыми одноклассников.
И вот теперь, чёрт-те сколько лет спустя, Саня опять навестил задремавшего в электричке Монинского направления старого друга. Он вышел из испещрённой крохотными цветными точками темноты таким, каким его видели перед исчезновением в мае теперь уже бесконечно далёкого тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года – в советской школьной форме и с синей спортивной сумкой «Adidas» через плечо – и молча посмотрел на Олега своими большими карими глазами, которые так нравились практически всем девочкам одиннадцатого «В».
По экрану сновидений пробежала еле заметная рябь. Олег уловил сигнал того, что кино скоро закончится, но всё равно досмотрел до момента, когда изображение стало распадаться на отдельные, не связанные друг с другом фрагменты, и только после этого открыл глаза.
– Билетики предъявляем, – произнесла маленькая, но очень полная контролёрша, которая и была причиной пробуждения.
Олег подумал, что она похожа на артиллерийский снаряд неприлично большого калибра, на который сначала натянули сине-красную форму, а потом на свободную коническую часть нацепили парик и нарисовали глупое и некрасивое женское лицо. От собственных мыслей Олег непроизвольно улыбнулся.
– Ваш билет предъявите, пожалуйста, – громче, чем в первый раз, проговорила контролёрша.
Не снимая с лица улыбки, Олег протянул ей длинную полоску бумаги, которую сорок минут назад ему прямо в руки срыгнул бездушный зелёный ящик на Ярославском вокзале. Контролёрша скользнула по листку пустым взглядом, после чего тот вернулся в нагрудный карман Олеговой рубашки.
– Болшево, следующая Валентиновка, – сообщил не в меру игривый женский голос из динамика.
Олег посмотрел вслед уходящей пингвиньей походкой контролёрше, встал и направился к противоположному тамбуру. Дойдя до дверей с одной заклинившей половинкой, посмотрел на часы: было одиннадцать часов утра первого воскресенья апреля десятого года нового столетия.
Люди, спускавшиеся по скользким после дождя ступенькам платформы «Валентиновка», показались Олегу излишне суетными, возможно, потому, что сам он двигался нарочито медленно, за что пару раз был задет локтями куда-то спешащих граждан. Олег понимал, что это внутри него работает механизм, старающийся как можно дальше отложить предстоящий ему неприятный разговор, ради которого, собственно, он и попёрся в такую даль.
Спустившись вниз, Олег прошёл мимо небольшого развальчика, на котором маргинальные личности обоих полов предлагали всем желающим бывшие в употреблении артефакты навсегда ушедшей эпохи. Последним в жидковатом ряду прибомжённых торговцев был невысокий грузный господин со свисающим практически до верхней губы огромным носом и пронзительными черными глазами. В остроконечной войлочной шляпе с надписью «Spaten» и накинутой на плечи грязной офицерской шинели старого образца он походил не то на вышедшего к людям тролля, не то на опустившегося красного кавалериста. Видимо, почувствовав на себе взгляд Олега, торгаш, обращаясь непосредственно к нему, достаточно громко крикнул:
– Гутен таг тебе, добрый человек! Сегодня у нас прекрасный выбор проверенных временем товаров народного потребления! Битте, не проходи мимо!
Олег неосмотрительно замедлил шаг, что послужило для торгаша сигналом.
– Магнитофон – пятьсот! – ещё громче заголосил тот. – Подзорная труба – триста! Картриджи к «Денди» – двести!
«Кому сейчас могут понадобиться картриджи к “Денди”, – подумал Олег, глядя на знакомые по студенческим годам рыжие коробочки, – а вот подзорная труба “Турист – 5” такая же, как та, что подарил отец на двенадцать лет, может, кому-нибудь и сгодится…»
– Не проходи мимо, добрый человек! – сверкая глазищами, продолжал голосить торгаш. – Сегодня звёзды располагают к покупке ненужных вещей! Купи что-нибудь у меня! Подними себе настроение на целый день! Битте, кауфен, добрый человек, битте!
Олег на секунду встретился с ним взглядом, и этого было достаточно для принятия отрицательного решения – уж больно колючими показались ему чёрные воронки под косматыми бровищами.
