— Конечно… — Ответ новичка удивил Нико еще больше. — Как закончишь, поднимайся на кухню… Она на первом… Поможешь с их завтраком. — Он совсем растерялся от пронзительного взгляда, синих глаз Трэна. Впрочем, манера его разговора была таковой, словно юноша находился в постоянном страхе, от мысли, что скажет что-нибудь лишнее.
Смерив юношу долгим взглядом, Трэн молча ушел в купальню. Там как и вчера никого не было, лишь тускло горела одинокая свеча, точнее уже почти огарок. Его пламя все же позволило молодому человеку рассмотреть себя и смыть следы побоев. Быть жертвой этих сопляков на глазах у всех он не собрался.
Чистое лицо, чистая одежда — никто и никогда не скажет, что вчера ему сломали нос, разбили губу, кажется повредили пару ребер, но сейчас он был не особо уверен в этом. При ходьбе еще бок отдавал болью немного, главное обойтись без пробежек. Поэтому он не спеша поднялся на первый этаж, по запаху нашел кухню и поразился ее помпезности.
Если вспомнить, что Трэн только, что вышел почти из подземелья — темного и сырого, то тут сияли окна в пол с белоснежными шторами, через которые свет Янтрэи освещал всю огромную площадь, уставленную элегантными белыми столиками и в тон им стульями. Высокий потолок давал ощущение бесконечного воздуха, от которого у юноши даже голова закружилась, а ведь он только одну ночь провел «там». И «это» надо скорее исправлять.
— Трэн! — от куда-то сбоку прозвучал звонкий голос Нико. Обернувшись, юноша заметил запыхавшегося нового знакомого. — Расставляй посуду. — Он указал на битком забитые серебристые подносы тарелками и чашками из тонкого полупрозрачного стекла.
— Ник, — совершенно холодно и безразлично заговорил Трэн, — ты прости меня, но им прислуживать я не собираюсь, да и друзей заводить тоже.
— Как знаешь. — Смутившись, а может и слегка обидевшись, второгодка скрылся во второй комнате, где происходило само приготовление и частичное хранение пищи.
Что ж, после его баланды, живот все еще требовал еды, поэтому Трэн тоже прошел на кухню. Там суетилось четыре парнишки, вместе с Нико. Примерно все одного возраста от 17 до 20 лет отроду, в светлых одеждах с убранными волосами. Чистенькие, аккуратненькие, дрессированные.
Оценив взглядом кухню, юноша пришел к выводу, что изначально это место было рассчитано, на большее количество кулинаров. Скорее всего архитектор этого здания подразумевал деление учащихся на небольшие группы и поочередное дежурство здесь каждой. Но с течением времени видимо такой уклад не прижился и все стало таким каким стало.
Закатав рукава, Трэн быстро осмотрел набор продуктов, дорогих и свежих, после чего состряпал себе жаренные яйца с вяленным мясом и прихватив молоко ушел выбирать место для завтрака. К этому вопросу он подошел со всей серьезностью и надеялся, что не прогадал. По бросаемым косым взгляда кулинаров он понял, что выбранное место именно то и стал дожидаться прихода дворян.
Трэн уже почти дожевал свой завтрак, когда в общей толпе гомонящих и мельтешащих фигур появились те трое. Он не ошибся, это был их стол.
Смущенное замешательство проскользнуло на лице рыжей. Ее «прислужники» отбирали еду повкуснее и покрасивее для нее и еще не видели бесцеремонного наглеца.
— Доброе утро! — Улыбаясь во все свои зубы, весело и наигранно радушно поприветствовал ее Трэн. — Присаживайся, не стесняйся.
— Ты смелый. Или глупый? — Она села за стол, устраивать потасовки или сцены при свидетелях было чревато проблемами. — Видно плохо тебе вчера объяснили твое место, сегодня исправим. — Шипящий, полный угроз голос не очень соответствовал обладательнице женской принадлежности.
Тем временем ее прислужники принесли завтрак и заметив избитого ими накануне юношу, обшарили всего глазами в поисках следов побоев. Но паренек выглядел совершенно целым и невредимым, с очень хорошим настроением.
— Да, нет. Разговор вполне удался. Только мы вот так и не представились друг другу. Я Трэн из Залесья.
— Ты Трэн из Залесья, лучше жуй, жуй свои помои, завтра нечем будет. — Угрожала девушка надменно испепеляя взглядом и не прикасаясь к остывающей каше.
— Врятли, у меня крепкие зубы.
— Это временно. — Рыжая начинала терять самообладание, разговаривать с чернью, сидеть с ним за одним столом это было верх наглости. И как так получилось? Неужели те серые тени, что суетились на кухне посмели сказать ему где ее священный стол? Нет. Сегодня к вечеру точно прольется чья то кровь.
Сидящие рядом близнецы молча наворачивали кашу, абсолютно равнодушные ко всему происходящему, только ложки в воздухе сверкали.
— Почему временно?….
— Трэн? — Зал огласил голос Жианны. Она пыталась найти новичка среди юношей на кухне, но там Нико объяснил, что он в зале.
— Жаль, что так и не познакомились. — С тенью легкой грусти, но скорее с сарказмом, произнес выскочка и встав быстрым шагом направился к распределительнице. — Вы звали?
— Да. Идем. — Это была невысокая темноволосая женщина средних лет, знакомая лично практически со всеми магами Валерсии.
