Стемнело быстро, но набегавшись за день, юноша безошибочно распознавал дорогу, среду сумрачных построек, еле освещаемых свечами. На его счастье в школе уже ни у кого не горел свет и он вместе с новым питомцем остался незамеченным.
Запалив свечи, Трэн внимательно осмотрел Октаву, после чего занялся ее лечением и кормлением. Это занятие было буквально ювелирным. Изможденное и истощенное тело саблезубой волчицы, уже давно перестало бороться за жизнь, запустив неотвратимые процессы самоуничтожения. Но для юноши это не являлось проблемой…
Всю ночь он провозился с животным. Он хорошо понимал, что этот поступок был глупым, ведь времени заниматься с ней у него совершенно не было, но и позволить погибнуть — не смог. Заводить животных, здесь было строго запрещено и наказанием за нарушение этого правила могло стать отчисление. Но все же врятли кто сможет услышать Октаву, она была слишком слаба, да и потолки тут были высокими.
Соорудив ей из кофты подстилку и поставив рядом миску молока, Трэн побежал завтракать и получать бесценные магические знания…
Помещение, где проводились занятия, было круглым, с небольшими мягкими стульями, столиками, а позади диванчиками. Сквозь полуприкрытые окна в комнату мягко струился свет. Не спавший всю ночь Трэн, старательно делал вид, что внимательно слушает Возория, делая пометки на листе пергамента как остальные.
Спать ему хотелось смертельно. Все тело ломило от вчерашней пробежки с гружёной тележкой по Кейтагу. Мысли постоянно разлетались, не улавливая речи наставника, а глаза словно застилала пелена.
— Трэн! — Его буквально разбудил суровый голос Возория. — Пойди вон. — Сухо добавил тот и, когда дверь за ним закрылась, продолжил повествовать.
Юноша вышел в прохладный коридор и решив пойти умыться холодной водой, направился на первый этаж.
Клюя носом и погрузившись в мысли об Октаве, он не заметил гулких шагов с лестничного поема шедшей там девушке и свернув за угол столкнулся с ней.
— Ай! — Вскрикнула она, нога оступилась и незнакомка словно в замедленном времени начала падать навзничь.
У Трэна сработали инстинкты. Быстро «бросив» корпус вперед, он рукой схватил ее за ворот платья и резко дернул на себя, спасая от падения с лестницы. В итоге оказался сам на полу, придавленный сверху красоткой с небесно-голубыми глазами.
— Ты…. — В этом местоимении оказалось столько эмоций, от праведного гнева до девичей смущенности с нотками флирта и кокетства. И как только она смогла столько вложить в эти две буквы.
— Я, Трэн. — Деликатно представился юноша, все еще любуясь снизу упавшей девушкой, с нежно молочной кожей и светло-русыми волосами.
В ответ представления не последовало, краснея от кончиков ушей до щек, она неуклюже вскочила и принялась поправлять платье.
— Ты порвал его! — Кусок красивого, воздушного воротника, обрамлявшего шею, безжизненно свисал, вырванный с «мясом».
— Прости. Но ты ведь могла упасть с лестнице…. — Начал оправдываться он.
— Все из-за тебя! — Она жалобно возмущалась, все еще перебирая пальцами ткань. И было совершенно не понятно в гневе она или это шок. А может он не заметил и она стукнулась головой?
— Тебя не было видно из-за угла… — Жалкая отговорка.
— …. — Сверкая подступающей слезой на краю глаз, незнакомка развернулась и убежала вниз.
Нет, следовать за ней, догонять — у Трэна не было сил, хотя чувство вины прочно поселилось внутри. Поэтому он решил для себя, что извиниться, при следующей встречи.
Добравшись до умывальной комнаты, юноша буквально нырнул головой в нишу с прохладной водой. Тут она была проточная, всегда свежая. Постепенно стало немного легче, чувство усталости и сонливости отпустили и в голове появилась некая ясность.
— Трэн! — Где то неподалеку раздался голос Нико. И чего ему только понадобилось. За прошедшее время ведь ни слова не проронил, явно зачислив в список предателей, подлецов, выскочек и в принципе плохих людей.
— Да. — голос прозвучал вяло, но все же в коридоре послышались приближающиеся шаги, значит его услышали. Вскоре парнишка появился в помещении и, насупившись рассказал о цели своего прихода.
— Тебя посыльный ищет. Говорит важно и срочно. — Внутри у Трэна от этих слов похолодело. Неужели Октаву отберут? Неужели Барто передумал и решил все же отправить в Агентайю, где в дороге она точно умрет.
— Где он? Веди. — В голове закрутилась куча мыслей. Он же может сказать: — «что саблезубая волчица уже сдохла и он ее закопал. Но есть вероятность, что Барто может потребовать ее тушку, все же это очень дорогое и редкое животное. Нет, сбежать она от него точно не могла. Может кража? Тоже полный бред». Погруженный в раздумья юноша не заметил, как оказался у спального здания, пред невысоким парнишкой лет двадцати двух.
— Вот он. — Бросил Нико, удаляясь по своим многочисленным делам, всем видом выказывая свое полное безразличие к этому предателю.
— Что-то случилось? — Внешне ни что не выказывало его нервозность и хаотичный поиск нужной легенды, относительно Октавы.
