- Сыграй нам, Вань.
Петрович кладет потрепанную трехрядку на колени и растягивает малиновые меха. Мать с тетей Зиной затягивают: «Ой, цветет калина...»
Помешивая в металлической кружке горячий чай, я ловлю пристальный Раечкин взгляд. Примостившись с противоположного края стола, она мелкими глотками допивает вино из пластмассового стаканчика. С минуту понаблюдав за мной, Раечка улыбается и шутливо приподнимает свой пустой стаканчик. Подыгрывая, я подхватываю свою кружку с чаем и тоже приподнимаю... Пальцы ожигаются, и емкость срывается вниз. Раечка прыскает со смеха.
За аккордами «народной» вдруг следуют хриплые звуки танго.
- Володечка, потанцуем?- наклоняется к нему тетя Зина.
Володя морщится, но отодвинув тарелку с гарниром, поднимается из-за стола.
....Их танец кажется странным, а пара – смешной. Резкие повороты чередуются цепочкой шагов... ступни ног неестественно выворачиваются, а полусогнутые в коленях ноги сбиваются с такта...
Очищая оранжевый апельсин, Раечка задумчиво поглядывает на танцующих:
- Марусь, ты не танцуешь?
- Неа, - зарделась я.
Разломав апельсин на дольки, одну - Раечка кладет себе в рот:
- Вау, вкусняшка… Пробуй…
Перегнувшись через стол, она протягивает мне дольку, весело предупреждая, - только губами!
Покорно наклонившись, я всасываю апельсинку в рот и слышу за спиной голос матери:
- Ты спать собираешься?
Ее лицо в красных пятнах, глаза пьяненько поблескивают.
- Не хочется, - бормочу, питая надежду, что про меня забудут.
Но мать тянет из-за стола:
- Со взрослыми нечего... в зале постелила…
Кинув прощальный взгляд на разрумянившуюся Раечку, я покорно тащусь за матерью.
+++
….Духота перегретого за день «зала» и скрежет бузины о стекло не дают мне заснуть... Я прижимаюсь к влажной подушке и прокручиваю в голове события прошедшего дня - речка... Раечка в купальнике... ароматная апельсинка…
Мне вдруг становится ясно, что день не закончится, пока я не переговорю с соседкой откровенно…
Натянув на голое тело тесноватые шорты и любимую футболку с профилем Че Гевары, я решительно выхожу во двор.
Слабый, мутно-желтый свет от висящей над крыльцом лампочки с трудом пробивается сквозь зеленые заросли. Белая садовая дорожка змейкой тянется через сад…
Прихватив пару кирпичей и обойдя недостроенный Петровичем забор, я подкрадываюсь к соседскому домику...
Здесь все окна распахнуты. С чердака разносится мощнейший храп.
Привстав на кирпичи, я заглядываю в темный оконный проем. Посреди небольшой комнаты маячит стул, у дальней стены - широкая кровать, где под простыней прорисовываются очертания тела, а на подушке разметались светлые волосы.
Томимая желанием и любопытством, я подтягиваюсь на руках и резким движением перебрасываю ногу во внутрь. Слышится треск рвущейся ткани. Мое тело по инерции переваливается через проем и мешком валится на пол.
Испуганное «кто?!»… возня… и комнату озаряет яркая вспышка света.
В тонкой сорочке, поправляя спадающую лямку, Раечка всматривается в «причину» своего пробуждения.
- Ты что? - тревожно спрашивает она меня.
Мой язык отказывается подчиняться, я мычу:
- Ммыыыы.
- Господи, ударилась? – глаза Раечки в ужасе округляются.
Приблизившись и наклонившись надо мной, она начинает лихорадочно ощупывать мою голову и руки.
- Так что? – переспрашивает она.
Я хлопаю ресницами и цежу:
- В гости пришла.
Раечка вздыхает и белозубо улыбается:
- Давно не виделись! - потом подумав, добавляет: - Топай домой.
- Штаны, - развожу я руками.
На лице Раечки недоумение:
- Что штаны? Господи, а по-человечески объяснишь?.. Обернись, - просит она.
Сгорая от стыда и унижения, я поворачиваюсь к ней растерзанным задом. Слышу сдавленный смешок и короткое:
- Снимай.
Вынув из трюмо банку с нитками, Раечка неторопливо подбирает нужный мне цвет…
Пару минут спустя, прикрывшись простынью, я расслабленно сижу на кровати вместе с Раечкой.
Персиковый плафон ночника отражается во всех трех зеркалах трюмо… Комната тонет в желто-оранжевом свете. Затаясь, я любуюсь профилем Раечки. Ее закушенной губой… движениями, стягивающими прореху… художественными стежками… От духоты и прилагаемых усилий на Раечкином носике выступили капли пота. Хочется коснуться их пальчиком и смахнуть… А еще поцеловать эти капельки и аккуратный носик… Я благодарю бога, что на чердаке не стихает Володечкин храп... Как хорошо, думается мне, жить в этой комнате… просыпаться и засыпать с Раечкой… загорать, танцевать танго… Что ей Володечка? Зачем?..
- Надевай, - прерывает мои размышления Раечка, - почти новые!
Повертев в руках «отремонтированную» продукцию и на секунду замявшись, я решительно скидываю простынь и сверкая голым задом, начинаю натягивать шорты, на глазах у остолбеневшей Раечки...
Меня трясет... ноги путаются в штанинах... застежка-молния заедает... С трудом натянув шорты и застегнувшись по всем правилам, я поднимаю на Раечку глаза…
Мы стоим рядом... Ее бледное лицо кажется совсем белым, оно осунулось, но... темные глаза мерцают.
