Он взял со стола заряжавшуюся все то время, пока он выгуливал себя по полям-лесам, трубку старенькой «Нокии», не то что без выхода в интернет, даже без знания о существовании такового… но. Но для начала набрал со своего смартфона номер другого абонента.
– Да, Ян, рад тебя слышать, – отозвался оптимистично-бодрый голос.
– Я тоже, Даниил, – улыбнулся в ответ Стаховский и поинтересовался: – Ну как там дела?
– Да все в порядке, как и договаривались, все по срокам. Когда приедешь?
– Завтра, – сообщил Ян.
Да, завтра. Но надо сделать еще один звонок перед тем самым важным. Позвонил, договорился, записался на определенное время и перевел оговоренную сумму предоплаты. Ну, теперь можно и звонить.
– Здравствуйте, Ян Валерьевич, – отозвался после второго же гудка неизвестного ему номера Антон Николаевич, заставив Стаховского улыбнуться такой прямой демонстрации технических возможностей той самой службы. – Вы хотели мне что-то сообщить?
– И сообщить тоже, – подтвердил его предположение Стаховский и поздоровался, несколько запоздало: – Здравствуйте, Антон Николаевич.
Который день Марианна плохо себя чувствовала и пугалась серьезно этого своего плохого чувствования. Ну, а как не пугаться – в мире очередная волна той сволочной «короны», двое из восьми ее преподавателей заразились ковидом, одна в легкой форме, а Игорь в тяжелой, лежит в больнице. Марианна боялась не столько за себя, сколько за родителей, которых приказным образом отправила жить на даче, и Кирюшку вместе с ними туда же, на всякий случай. Хотя говорят, что дети не болеют, лишь становятся носителями. Но она забрала сына со всех занятий, переведя на удаленное обучение, благо он пока еще не школьник, а с подготовительной программой бабушка с ним и сама справится. Да и где сидеть в полукарантине, как называла состояние их работы уборщица студии Марианны, как не на природе, когда имеется такая возможность.
У них вот, слава богу, имеется.
Вот и сидят бабушка с дедом и внуком в поселке уже три недели, готовятся к Новому году, до которого осталось несколько дней, а Марианна работает у них водителем, а заодно курьером по доставке продуктов и всякого необходимого для встречи и проведения праздника.
На работе у нее вот точно полукарантин. Роспотребнадзор настоятельно рекомендовал Марианне прекратить занятия в ее школе-студии, аргументировав это тем, что в бальных танцах между партнерами невозможно соблюсти необходимую дистанцию. Да, действительно, с дистанцией в бальных танцах дела обстоят куда как более интимно, чем предполагают условия пандемии с карантином.
Пришлось закрывать студию, но постоянные клиенты согласились проводить репетиции в режиме онлайн-трансляции, отрабатывая основные, базовые элементы, требующие отточенности и многократного повторения со своими преподавателями. Понятное дело, не все клиенты. При этом своевременную выплату налогов и зарплат в полном объеме никто отменять не потрудился. Хорошо хоть, большой репетиционный зал, с туалетными и душевыми комнатами, гримерки на первом этаже и комнаты для индивидуальных занятий, кабинеты, приемная и хозяйская части на втором этаже в лофтовом здании бывшей фабрики являлись собственностью Марианны, а то бы она разорилась окончательно на аренде, не имея регулярных поступлений от нормальных доходов.
Да, с доходами было совсем как-то не очень.
За почасовые уроки в прямом эфире преподаватели получали деньги, но даже они не перекрывали их обычной полноценной зарплаты. Хорошо хоть, ребята сознательные, согласились довольствоваться этими заработками, а остальному коллективу – незадействованным преподавателям, бухгалтерам, заместителю, экономистам, уборщицам и костюмерам – Марианне приходилось платить, что называется, из собственного кармана. А с карманом тем было далеко все не безоблачно.
Да, у нее остались на счету кое-какие сбережения после получения «отступных» за их усадьбу от Кирта и приобретения участка с домом. Она приберегла их на всякий пожарный случай. Случай, пусть и не пожарный пока, но определенно форс-мажорный, наступил, деньги прекрасно себе весело таяли, а серьезного пополнения не ожидалось. И сколько еще продлится та рекомендация Роспотребнадзора не работать – большой вопрос. Марианна, конечно, придумывала что-то, креативила как могла: переболевшие педагоги их школы давали уроки переболевшим же ковидом семейным парам на дому, причем со справками, все официально и как положено; костюмеры шили костюмы к Новому году, размещая рекламу в соцсетях; уборщицу Марианна перевезла вместе с родителями к себе на дачу, наняв временно домработницей тем в помощь. И так все – по крупицам, по каким-то интересным придумкам-вариантам, по копеечке да что-то зарабатывали.
Одним словом, все было напряженно, тревожно и непонятно, когда закончится, да еще эта не отпускающая ее ни на день, ноющая незаживающей раной бесконечная тоска по Яну… и чувство глубочайшего одиночества и невосполнимой утраты изматывало, изводило Марьяну своей безысходностью.
